8
0
– Дядя Денис, сколько тебе лет? – накручивая на палец кончик светлого хвоста, спрашивает Марго.
Только этого мне не хватало…
Скрипнув зубами, направляюсь в сторону вальяжно развалившегося на моем диване Дена. Глядя на меня с победным видом, довольно ухмыляется. Засранец.
– Он слишком старый для тебя, доча. Подрастешь, мы тебе кого–нибудь посвежее найдем.
– Он не старый, пап! Он взрослый!
Меня аж передергивает. Похоже, в фанклубе Дена пополнение.
– И у него сочная задница!.. – выпаливает она, но, увидев наши вытянувшиеся рожи, сразу дует губы, – так тетя Эля сказала…
– Так и сказала?! – друг тут же оживляется и весь, подобравшись, подается всем корпусом в сторону сидящей верхом на подлокотнике дивана Марго, – а что еще она обо мне говорила?
– Ден, завязывай! – рычу я.
– Да, подожди ты! – отмахивается он, – ну, так что, Ритуль?..
– Она сказала…
– Что?.. Что она сказала?.."
"Марго поднимает на меня нерешительный взгляд и спрашивает:
– Папочка, ты не будешь ругаться?..
– Не будет! – отвечает за меня Ден.
– Она сказала… что ты… мудак редкий…
– Редкостный… – пряча улыбку в кулак, поправляю я.
– Ну, да… так и сказала...
Ден, стиснув челюсти, откидывается на спинку дивана, а я присаживаюсь на корточки перед дочкой.
– Рит, ты же знаешь, что это плохие слова?
– Знаю, папочка, – невинно хлопая ресницами, сразу начинает ко мне подмазываться, – но дядя Денис обещал, что ты ругаться не будешь.
– Ты лучше сестрице своей объясни, что при детях выражаться нельзя, – подает он голос, – при чем тут Марго?
Объясню… Я, бл@дь, так объясню, что она месяц сидеть не сможет.
Хлопает входная дверь, и прихожая дома вмиг заполняется гамом, шумом и суетой.
– Что вспомнишь, то и…
– Заткнись… – цежу сквозь зубы и иду встречать сестру.
– Тетя Эля! – визжит Марго, с ходу на нее заскакивая.
– С Днем Рождения, егоза! – смеется та, целуя ее щеку, – принимай подарки!
Дверь снова открывается, и в дом входит высокий брюнет с кучей подарочных пакетов в руках.
– Это мне?! – прижав руки к груди, выдыхает дочка.
– Тебе – тебе… – приговаривает сестра, опуская ее на пол.
Вопросительно подняв бровь, смотрю Эле в глаза. Она не предупреждала, что будет не одна.
– Эмм… Это Славик…
Славик укладывает ношу на пол и протягивает мне руку.
– Вячеслав, – басит он.
– Матвей.
– Это мой друг, – поясняет Эля, расстегивая белую меховую безрукавку.
Что–то припоминаю. Кажется, она пару раз упоминала это имя, но тогда я не заострил на этом внимания. У нее этих друзей батальон.
– Здрасти, – доносится сзади, и все мы синхронно поворачивает туда головы.
В дверном проеме, подперев его плечом и сложив руки на груди, стоит Ден. Чернее тучи.
– А ты говорил, будут только свои, – бормочет Эля, скидывая кроссы.
Ее друг бодро марширует к моему другу, чтобы пожать тому руку.
