Инструктор спецназа ГРУ

Они с Сорокиным расстались в поезде метро — милицейский полковник спешил в свой департамент, а Андрей направился на Ленинградское шоссе выручать свою оставленную без присмотра машину. Машины на месте не оказалось. Взбешенный Мещеряков добрался до работы на такси и из своего служебного кабинета первым делом позвонил в ГАИ. Выяснилось, что он оставил машину в неположенном месте и она была отбуксирована на штрафную стоянку. С удовольствием выругавшись, полковник бросил трубку и решил на время забыть о машине — главное, что она была цела. Выручит он ее позднее, а сейчас его дожидалась масса других, гораздо более важных дел.

Пока Мещеряков вводил начальство в курс последних событий, а Сорокин связывался с прокуратурой и сначала по телефону, а затем и лично давал объяснения по поводу странных показаний сержантов Ковалева и Губина, Илларион, пробравшись задворками, подъехал к автостоянке, мимоходом поймав себя на странном ощущении — ему вдруг показалось, что он возвращается домой.

— Куда это мы приехали? — спросила Валентина Климова, проснувшаяся от воркотни Мещерякова, которого выгоняли из машины, и весь остаток дороги просидевшая на заднем сиденье с сухими, устремленными куда-то поверх головы Иллариона глазами.

— В одно местечко, — уклончиво ответил тот. — Надеюсь, что здесь вы будете в безопасности.

— О чем вы говорите? Послушайте, я вам очень благодарна, но всему есть предел. Я должна немедленно повидать сына…

Илларион остановил машину и обернулся к Валентине, перебросив правую руку через спинку сиденья.

— Вы напрасно беспокоитесь, — сказал он. — Ваш сын в полной безопасности вместе с вашей матерью. Они сейчас у одной из ее подруг. Я не скажу вам, у какой именно, чтобы вы не наделали глупостей. Доверьтесь мне.

— Я ничего не понимаю. Что происходит? Почему я должна вам доверять? Я ведь даже не знаю, кто вы такой. Рябцев, например, утверждал, что вы сообщник Быкова.

— Сейчас вам нужно быстро решить, кому из нас вы верите: мне или Рябцеву. Поймите, я в этом деле такой же посторонний, как и вы. Меня никто не спрашивал, хочу ли я, чтобы меня обвинили в целой серии убийств. И вы и я просто оказались у них на дороге. Я понимаю, как это звучит, но поверьте, что дело это куда серьезнее, чем убийство ваших близких. Убийца погиб, но дело не кончилось, и, пока оно продолжается, и вы, и ваш сын находитесь в большой опасности.

— А вы?

— Мне не привыкать.

— Да, я заметила. Кто вы?

— Я? Да как вам сказать? В данный момент я бы сравнил себя с камешком в чужом ботинке или с бельмом на глазу. А вообще я пенсионер. Вы любите старые книги? У меня неплохая коллекция…

От ворот автостоянки отделилась знакомая фигура и ленивой походкой подошла к машине.

— Ба, — сказал «Леннон», — знакомые все лица.