Инженер Петра Великого – 7

Навстречу им входили наши войска. Без криков, без лишнего шума. На смену хаосу шел строгий, безмолвный порядок.

Все же мне удалось меньшей кровью забрать Азов.

Ко мне подошел азовский паша — седобородый, тучный старик в богатом, правда, потрепанном халате. На его лице была безграничная усталость и фаталистическое смирение. Он протянул мне витиевато украшенные ключи — атрибут власти, который меня интересовал меньше всего. Ох уж эти восточные расшаркивания.

— Возьми, победитель, — глухо произнес он на ломаном русском. — Аллах отвернулся от нас и отдал Азов в твои руки.

Я принял ключи, однако от его сабли, которую он снял с пояса, вежливо отказался, жестом указывая на возникшего рядом и довольного Орлова.

— Я — инженер, а не воин, почтенный паша. Трофеи — доблестным солдатам. Меня же интересует иное.

Оставив офицерам рутину капитуляции, я быстрым шагом направился вглубь крепости. Ни склады, ни казна меня не интересовали. Вместо хаоса боя — наконец-то понятная, системная задача. Поиск информации. Мой профиль.

— Василь! — бросил я Орлову на ходу. — Твоя группа — в порт. Немедленно. Перекрыть все выходы к морю.

Каждого европейца, что найдете, — под замок. Инженер, лекарь — без разницы.

Орлов сорвался с места, увлекая за собой своих головорезов, а я в сопровождении нескольких гренадеров направился прямиком в комендатуру.

Кабинет паши был пропитан запахом розового масла. Приказав гренадерам охранять вход, я принялся за работу. Методично, ящик за ящиком, перебирал содержимое массивного дубового стола: какие-то документы на турецком, видимо приказы из Стамбула, отчеты о поставках, жалобы местных купцов — все не то. Простучав стены и осмотрев пол, я не нашел ничего.

Уже почти отчаявшись и решив, что все ценное уничтожено, я собирался уходить, как мой взгляд выцепил одну из тяжелых дубовых панелей, обшивавших стену за столом. Она сидела не так плотно, как остальные. Зазор в долю миллиметра, но он был. Ну конечно. Не могли турки обойтись без тайников.

Поддев панель острием ножа, я с усилием сдвинул ее в сторону. За ней открылась неглубокая ниша, а в ней — небольшой, обтянутый кожей ларец. Вот оно.

В кабинет без стука вошел Орлов.

— Есть, ваше благородие! Взяли! Пытался уйти на турецкой фелюге прямо у пристани.

Француз. Некий шевалье Дюпре. Грит, важная птица. Дерзится, кричит о нарушении всех законов.

— Хорошо, — не отрываясь от ларца, распорядился я. — Отведи в отдельную комнату. Никакого насилия. Дай воды, вина. Пусть успокоится. И найди мне толкового толмача с французского на всякий случай, вдруг по нашему не понимает."

"Пока Орлов исполнял приказ, я вскрыл замок ларца. Внутри, аккуратными стопками, лежали письма, исписанные каллиграфическим почерком. На французском.