Испорченный

Это было десять лет назад, а сейчас Лэйси стала женщиной и родила двух детей, а Скайлар рыскает по магазинам сети ‘Forever 21’ и ресторанным дворикам торговых центров, чтобы опылить другой юный цветок.

Это дерьмо звучит неправильным для кого-нибудь еще?

— Отвратительно, но правда, миссис Роуз, — отвечаю я с кивком.

— Так что... мы участвуем в создании нового облика? Предполагается, что мы должны измениться, чтобы привлечь их?

— Не обязательно. Подумайте о себе, как об идеально запакованном подарке. Все вы тратите тысячи на свою внешность, так что нет необходимости работать над этим.

Мы всего лишь хотим продемонстрировать упаковку по-другому. Не меняйте то, что у вас есть, просто пользуйтесь этим. Позвольте, я вам покажу, миссис Роуз?

Я покидаю свое место за кафедрой и встаю прямо перед ней с протянутой рукой. Она неохотно кладет свою руку в мою и встает, позволяя мне отвести ее в переднюю часть комнаты.

— Что вы собираетесь со мной делать? — спрашивает она, ее взгляд нервно мечется по комнате, как только я начинаю перемещаться к ней за спину.

— Расслабьтесь, миссис Роуз. Как и все, вы читали в подписанных вами документах, что я никогда не причиню физический вред, а также не применю к вам насилие.

Хотя, в некоторых случаях, я буду вас трогать. Направлять вас. Если в какой-то момент вы почувствуете дискомфорт, просто скажите «стоп». Это все. Теперь... могу я вас коснуться, миссис Роуз?

Ее плечи поднимаются и опадают с вымученными вздохами, предвкушая ощущение от моих рук. Это сложная часть. Я знаю, что делаю с этими женщинами. Я знаю, что они видят, что они чувствуют из-за меня. Они привыкли к сильным мужчинам, они привлекают их, и только из-за этого единственного факта их тянет ко мне.

Плюс темно-голубые глаза и доминирующее телосложение в шесть футов два дюйма9, и я становлюсь дорогостоящим привлекательным мужчиной на следующие шесть недель. Вот почему я веду дела очень профессионально. Мой стиль общения всегда сдержанный и без преамбул. Хотя я стараюсь быть радушным, я никогда не бываю чрезмерно дружелюбным. Таким образом, в то время как я привлекаю их в физическом плане, я веду себя как мудак, чтобы гарантированно отвергнуть заигрывания одиноких домохозяек.

— Да, — выдыхает она. Я практически могу представить, как закрываются ее трепещущие веки.

Возвышаясь позади нее, огрубевшими подушечками пальцев едва задеваю ее руки по бокам, дразня ее кожу. Она дрожит от моего прикосновения, часто и тяжело дыша, в то время как остальные женщины, затаив дыхание, разинули рты от завистливой похоти.

Я придвигаюсь ближе, прижимаясь грудью к ее спине. На секунду она вздрагивает, перед тем как со вздохом растаять в очертаниях моей грудной клетки.