Испорченный

У меня не было ни времени, ни терпения заниматься кем-то, кто не знал, как соблюдать правила.

Я потягивал свой кофе, пока Эрин ела большое блюдо из яиц, бекона, колбасы, с картофельными оладьями и тостом. Когда она съела все до крошки, я решил, что пора приступать к делу.

— Расскажи мне свою историю.

Мне не пришлось ее долго уговаривать, Эрин поведала, что она была первокурсницей в медицинской школе, у нее не было семьи и не хватало средств для существования. Она лишилась своей мизерной, покосившейся квартирки, а маленькой стипендии не хватало на оплату первого года обучения, не говоря уже о жилье.

Она задумывалась о том, или бросить все и вернуться домой в Айдахо, или найти другие, не менее привлекательные способы своего существования. В тот день она решила, что, возможно, ее мечта стать врачом не осуществится.

— У меня есть для тебя предложение, — сказал я ей.

— Я не проститутка, — быстро воскликнула она.

Я насмешливо улыбнулся.

— Уж надеюсь, что нет.

Я вытянул руку, объясняя ей, чего хотел от нее и как хотел бы все это компенсировать. Там, в маленькой закусочной в центре Чикаго, я спросил о ее сексуальной жизни (два парня: давний бойфренд из штата Айдахо и старшекурсник-однодневка), об уровне дозволенности (она считала себя сексуальным исследователем, она хотела бы попробовать что-нибудь еще), и о здоровье (идеальная чистота: без презерватива секса не предусматривается), о чем имелось доказательство в печатном виде.

Я заплатил за обед и привел ее в свой номер для подписания всех необходимых документов, и начал первый этап ее подготовки.

— Теперь, милая, мне нужно знать, как далеко ты сможешь зайти. Ты не обязана делать что-то, чего не хочешь, но есть места, к которым я буду прикасаться к тебе, и ты будешь возбуждаться.

Это возбудит меня. И я хочу трахнуть тебя. Черт, я хочу трахнуть тебя прямо сейчас.

Она сидела на кровати со скрещенными длинными, гладкими ногами и полуприкрытыми глазами.

— Я тоже этого хочу.

Я прикасался к ней в местах, об эрогенных свойствах которых она даже не знала. Я целовал ее подтянутое тело до тех пор, пока мои губы не стали гореть. Потом я трахал ее долго, глубоко и жестко, пока она не пропитала своими соками простыни.

Когда она лениво на меня посмотрела, ее взгляд был затуманен от приятных воспоминаний, она улыбнулась с разгоряченным восторгом.

— О, мой бог. Я даже не знаю твоего имени.

Я посмотрел на потолок, избегая ее нежного взгляда.

— Джастис Дрейк.

— М-м-м-м, Джастис Дрейк. Мне это нравится.

Я уже практически слышал, как она пытается приставить к моему имени миссис, поэтому быстро сказал:

— Да. И это было для удовольствия. Однако впредь, всякий раз, когда я прикоснусь к тебе, как только ты выйдешь отсюда, это будет строго бизнес.