2
0А ведь эти самые чувства должны наполнять вашу душу радостью и впечатлениями, от которых мы - все болячки - погибаем. Когда же вы поймёте и научитесь этому? Сколько ещё нам нужно мучить и терзать вас, чтобы вы преобразились телом, душой и духом своим?
Самое смешное для меня - это когда вы с умным видом рассказываете о болезнях. Я, болячка, хочу спросить вас всех, кто лечит: «Если вы всё про нас знаете, то почему же не излечиваете людей, почему мы - болячки - вновь и вновь возвращаемся к тому, кого вы, якобы, излечили? Вот и выходит, что вы не знаете, что у нас тоже есть душа, ведь мы живые, потому и живём с людьми, пусть не в ладу, но живём. Но вы при этом кичитесь своими дипломами и званиями, а это тоже создаёт для нас благоприятную среду обитания в вашем теле». Вы близоруки для понимания истин. Близорукость - самое распространённое заболевание, а если политик, начальник близорук, то чего же вы ждёте от жизни, работы, дождётесь ли вы излечения от близорукого доктора? Они не умеют видеть далеко и перспективно, а если и видят, то только то, что им выгодно. Они живут во власти стереотипов и ставят «штамп» на причинах.
Бедные врачи - они уже не могли слушать всего этого, но убежать было некуда, да и спрятаться невозможно. Многие из них только и мечтали, чтобы побыстрее объявили перерыв, чтобы уйти с глаз подальше и заняться разведением цветов. Мама-болячка всё это видела, но была настойчива в своих обвинениях, сыпавшихся то на одних, то на других.
- Это я, мерзавка, иссушаю вас, источаю ваши силы, отнимаю надежду. Я наслаждаюсь вашей беспомощностью. О, как я блаженствую от этого. Но научилась этому я у вас. Это вы сами блаженствуете от наносимых людям оскорблений и унижений, от их трепета, это вы наслаждаетесь слабостью и беспомощностью этих людей перед своим натиском. Они не могут вам ответить на это, а значит, дня меня будет много работы с вашей прогнившей душой.
До некоторых людей я никак не могу добраться, ибо всякий раз, когда у них спрашивают: «Как ваше здоровье?», они отвечают: «Не дождётесь!» Но если эти люди живут греховной жизнью, то тогда я начинаю действовать на них через самых близких, родных. Так в мои объятия попадают дети, на которых нет греха, но они тяжело заболевают. Мне жалко их, но что-то я должна делать с их родителями, бабушками или дедушками, чтобы выровнять духовное и душевное качество этих самовлюблённых мерзавцев. Или я должна уложить в больную постель родителей, чтобы дети прошли очень важный для них урок сострадания. Если дети отказываются от больных родителей, то в старости или даже раньше, сами будут лежать на моём одре, но никто им не подаст стакан воды, некому будет сказать им доброе утешительное слово.
