Истинная для Грифона

И зачем я спросила? Только вроде отвлеклась и сама же напомнила, где произошла наша первая близость. Протянула Дрейсону опустевший фужер. Он с улыбкой налил мне еще.

– Настя, пей медленней, это алкоголь.

– А чем вы занимаетесь в свободное время? – спросила я, проигнорировав его слова.

Вкусное вино и совсем не крепкое. Главное, что смелости прибавляет.

– Читаю. Книги по магии, – продолжил он, угадывая мой следующий вопрос.

– Магии? Я думала, вы и так самый сильный маг. – Попытка бессмысленной лести провалилась. Дрейсон слегка поморщился, ставя опустевший бокал на стол.

– В магической науке сила не имеет значения, если ты не умеешь ею управлять. Провинции возглавляют сильнейшие среди двуликих, готовые в любой момент броситься на защиту Источника и Великого леса. И пока что остальные сюзерены сильнее меня.

– Серьезно?

– Они старше меня, дольше развивали силы. Мой отец ушел из жизни раньше срока, мне повезло сохранить власть. Только и всего. Потому мне так необходим наследник. Он укрепит мое положение и однажды займет мое место. – Как-то вдруг стало грустно. Может, поговори он сразу со мной, все объясни, обида во мне была бы не так сильна. Нет, я не согласилась бы с ним, но хотя бы не чувствовала себя бесправной игрушкой. Заметив, что тема детей расстроила меня, Виттор решил перевести разговор в иное русло: – Я слышал твой разговор с Аластором. И твои идеи интересны.

Да уж, много ли ума надо, чтобы озвучить то, что уже изобретено в моем мире? Но мне нравилось, что мои рассказы помогают Аластору, как и его лекции по магии помогают мне.

– Над чем еще вы работаете?

Вот здесь я увлеклась и взахлеб заговорила о том, что мы придумали с Аластором, и о самой работе, невольно переходя и на магическую теорию и забыв обо всем на свете. Но, кажется, Виттору нравилось меня слушать. Он даже начинал спорить, а потом с улыбкой слушал, как я яростно отстаиваю свою точку зрения."

"Внезапно я резко замолчала, поняв, насколько мне на самом деле нравится этот разговор. Так, нужно срочно добиться отмены домашнего ареста и бежать-бежать от этого мужчины подальше. Потому что он снова кажется мне привлекательным. Или все дело в вине? По крайней мере, комната немного кружилась перед глазами. Хорошо, что третий фужер мне пить уже не разрешили.

– А когда мы переместимся в спальню? – Хотела, чтобы фраза прозвучала игриво, но получилось как-то жалко. Я покраснела, а Виттор удивленно поднял брови.

– Ты хочешь в спальню? – спросил он, с трудом подавив смех. Он еще и смеется!

– Да, – решилась я.

– А я хочу здесь. – Улыбка двуликого стала шире, он откинулся на спинку софы, вытянув руки в стороны, мол, приступай.