Истинная для проклятых

Тебе понравятся все те грязные вещи, что я буду делать с тобой очень скоро. Мы идеально подойдем друг другу.

– Откуда вы знаете? – робко пискнула я, всё еще дрожа от охвативших меня чувств и жутко стесняясь этого мужчину. Теперь, когда морок возбуждения понемногу спадал, я начинала понимать, что наделала и в какую ситуацию попала.

Наглая усмешка расползлась на его красивом лице.

– Я всё о тебе знаю или узнаю. Ты ничего не скроешь от меня, крошка.

– Не говорите так! Вы же мой преподаватель! – попыталась я образумить его.

– Поздно изображать скромницу, – расхохотался он, проталкивая мне в рот палец и делая движение вперед и назад. – Скоро этот ротик хорошо поработает. Ты сама не сможешь дождаться этого и будешь просить… – начал пошло шептать он, не сводя взгляда со своего пальца, имитирующего движение члена!

Как только я поняла, какой подтекст имели его слова и действия, густо покраснев, оттолкнула его, не в силах поверить в то, что произошло.

Как я могла позволить случиться этому?! Я ведь не такая! Если бы одна из подруг рассказала мне о подобном, я бы первая осудила ее! Это всё проклятые сны!

– Ничего такого не будет! – оттолкнув его, твердо заявила я. – Не знаю, что на меня нашло, но это всё ошибка и повторения не будет!

Глава 4

Демьян

– Ну что? – нетерпеливо спросил я, стоило брату зайти в квартиру спустя несколько часов.

– Сбежала, строя из себя викторианскую девственницу, – хмыкнул он, явно пребывая в приподнятом настроении.

– Что ты сделал? Я знаю это выражение лица! – уличил его я.

– Небольшой петтинг в библиотеке. Даже без снятия одежды! Если честно, не ожидал, что она меня туда потащит. Наша малышка строит из себя скромную отличницу. Росла в приюте, работает официанткой и учится.

– Ого! Просто штамп на штампе, – расхохотался я. – Мильеретта постаралась на славу! Настоящая девица в беде.

– Я тоже так подумал, – кивнул Алекс. – Черт!

– Что? – наблюдая за его метаниями, спросил я.

– Голод.

– Еще две недели, – нахмурился я.

– Знаю. Но эта дрянь раздразнила меня и сбежала, а от возбуждения я всегда голоден, – доставая из холодильника остывший стейк, прорычал он.

– Брось это. Пойдем лучше поедим в каком-нибудь ресторанчике, – встал я, беря с полки ключи от машины. Алекс сегодня был на своих двоих, чтобы не нервировать девчонку, да и самому не сойти с ума от зова в тесном пространстве машины.

– Может, позвоним Амуну? – не сдвигаясь с места, спросил брат.

– Ты знаешь правила. Не чаще раза в три месяца, – качнул я головой. На самом деле я и сам чувствовал дикий голод.

– Иногда я жалею, что мы стали такими человечными, – запрокинул Алекс голову, издав протяжный стон.

– Наша человечность, как ты это называешь, не раз спасала наши шкуры.