Избранные произведения. I том [компиляция]

— Шикарная забава, — оценил без излишнего ехидства Геральт, — так вот запросто выгнать их, а? Надо думать, приятно отдавать приказы монаршьим мановением бровей, одним хлопком, единым властным жестом? Глядеть, как пятятся словно раки, сгибаясь перед тобой в поклонах? Шикарная забава? А? Милостивый государь фаворит?

— Тебя интересует что-то конкретное? — поморщившись, кисло спросил Лютик. — Или просто потрепаться приспичило?

— Меня сильно интересует нечто вполне конкретное. Настолько сильно, что сильнее не бывает.

— Так говори. Я слушаю.

— Нам нужны верховые лошади.

Три. Мне, Кагыру и Ангулеме. И две запасные. Итого три хорошие верховые плюс две под багаж. Под багаж в крайнем случае сгодятся мулы, груженные провиантом и фуражом. Настолько, думаю, твоя княгиня тебя оценивает? Э? Это ты у нее отработал, надеюсь?

— Никаких проблем. — Лютик, не глядя на Геральта, принялся настраивать лютню. — Меня только удивляет твоя поспешность. Я бы сказал, она удивляет меня столь же сильно, сколь и твой глуповатый и неуместный сарказм.

— Тебя удивляет поспешность?

— Именно. Октябрь кончается, погода заметно портится.

В любой день на перевалах может выпасть снег.

— А тебя, значит, удивляет поспешность, — покачал головой ведьмак. — Кстати, хорошо, что напомнил. Обеспечь нас еще теплой одеждой. Шубами.

— Я думал, — медленно проговорил Лютик, — что мы переждем здесь зиму. Что останемся здесь…

— Если хочешь, — не задумываясь, бросил Геральт, — останься.

— Хочу. — Лютик неожиданно встал, отложил лютню. — И остаюсь.

Ведьмак громко втянул воздух. Помолчал. Он смотрел на гобелен, на котором была изображена битва титана с драконом. Титан, твердо стоя на двух левых ногах, пытался выломать у дракона челюсть, а дракон, насколько можно было понять, особой радости от этого не испытывал.

— Я остаюсь, — повторил Лютик. — Я люблю Анарьетту. И она любит меня.

Геральт хранил молчание.

— Вы получите еще одну лошадь, — молвил поэт. — Для тебя я прикажу подобрать породистую кобылку — по имени Плотва, разумеется. Вы будете накормлены, обуты и тепло одеты. Но я от души советую подождать до весны. Анарьетта…

— Правильно ли я расслышал? — Ведьмак наконец прокашлялся. — Уж не обманывает ли меня слух?

— Разум у тебя притупился несомненно, — буркнул трубадур.

 — Что касается других органов чувств, не знаю. Повторяю: мы любим друг друга, Анарьетта и я. Я остаюсь в Туссенте. С ней.

— В качестве кого? Фаворита? Любовника? А может, князя-консорта?

— Формально-правовой статус мне в принципе безразличен, — честно признался Лютик. — Но исключать нельзя ничего. Супружества тоже.

Геральт снова помолчал, любуясь борьбой титана с драконом.

— Лютик, — сказал он наконец. — Если ты пил, то трезвей поскорее. Если не пил, напейся.