Избранные произведения. I том [компиляция]

Эти уже в бою побывали, именно они, кондотьеры, что шли под знаменами Адама Пангратта, Молли, Фронтина и Абатемарко, перевесили чашу весов под Майеной, благодаря им развалилось нильфгаардское кольцо, их надо благодарить за то, что крепость освобождена.

— Головой ручаюсь, — добавил другой, — боевые и мужественные люди, кондотьеры, в битве не отступают, что твоя скала. Хоть и за деньги Вольная Компания служит, как из их песни понять можно.

Отряд приближался, песня гремела все сильнее и громче, но на удивительно грустной и злой ноте.

Нам не нужны ни почести, ни троны,Нам не милы поблажки королей.

А нам нужны за нашу кровь и стоныДукаты, те, что солнца посветлей.Штандарты не целуем мы и руки,Нам почести и слава ни к чему,Мы терпим боль, презрение и муки,Лишь поклоняясь злату одному.— Эх, у таких служить, — снова вздохнул Мэльфи. — С такими вместе воевать… Добился бы человек и славы, и шмоток.

— Глаза меня обманывают, или как? — Окультих поморщился. — Во главе второй-то хоругви… Баба? Так они под бабской командой воюют, наемники-то?

— Это точно баба, — подтвердил ландскнехт. — Но не какая-нибудь.

Это Джулия Абатемарко, ее называют Сладкой Ветреницей. Воин что надо! Под ее командой кондотьеры раздолбали рейд Черных и эльфов под Майеной, хоть у нее под командой всего дважды по пять сотен бойцов было, а на нильфовых три тысячи вдарили!"

"— Довелошь мне краем уха прошлышать, — проговорил Щук странным, слащаво-заискивающим и одновременно злым тоном, — что не много эта победа дала, впуштую пошли отпущенные на наемников дукаты. Шобралша Нильфгаард и шнова жадал нашим перцу, да еще какого! И Майену обратно опояшал. А может, уж и жахватил крепошть-то? А может, уж шуды нацелилшя? Может, вот-вот ждешя будет? Может, эти продажники кондотьеры давно нильфгаардшким жолотом перекуплены.

А может…

— А может, — оборвал его рассердившийся солдат, — в морду хочешь, хам? Учти, за оскорбление наших войск шибеницей карают! Заткнись, пока я добрый!

— Ооооо! — Дубина Клапрот, широко раскрыв рот, разрядил ситуацию. — Ооо, гляньте-ка! Какие чудные недомерки!

По дороге, под глухой грохот литавр, трубный рев кобз и дикий свист пищалок, топал отряд пехоты, вооруженной алебардами, гизармами, бердышами, цепами и палицами, толстые концы которых были утыканы кремнями и железными шипами.

Одетые в меховые бурки, кольчуги и островерхие колпаки, солдаты были действительно непривычно невысоки.

— Краснолюды с гор, — пояснил ландскнехт. — Одно из подразделений Махакамской Добровольческой Рати.

— А ведь я-то думал, — бросил Окультих, — что краснолюды не с нами, а супротив нас. Мол, предали нас эти вшивые карлы и теперича с Черными в сговоре.

— Ты думал. — Ландскнехт сочувственно глянул на него.