Избранные произведения. I том [компиляция]

Шейте красное с красным, желтое с желтым, белое с белым. Так наверняка будет хорошо…

— Это ж надо! — рванул бороду Барклай Эльс. — Что ты говоришь? Что говоришь ты, младший сын Анзельма Обри? Что мы тут, получается, баклуши бьем? Мы, курва его мать, не дрогнули даже под напором! Ни на шаг не отступили! Не наша вина, что эти му… эээ… из Бругге не сдержали!

— Но приказ…

— Задом я давлю такие приказы!

— Если мы не закроем брешь, — перекричала рев Сладкая Ветреница, — Черные прорвут фронт. Фронт прорвут! Раскрой мне ряды, Барклай! Я ударю! Я прорвусь!

— Вырежут вас, прежде чем доберетесь до пруда! Погибнете там зазря.

— Так что ты предлагаешь?

Краснолюд выругался, сорвал с головы шишак, хватанул им о землю. Глаза у него были дикие, налитые кровью, страшные.

Чикита, напуганная криками, плясала под корнетом насколько позволяла теснота.

— Давай сюда Ярпена Зигрина и Денниса Кранмера! Мигом!

Оба краснолюда вырвались из яростного боя, это было видно с первого же взгляда. Оба были в крови. Стальной наплечник одного носил след настолько сильного удара мечом, что пластины встали торчком.

— Все в порядке, Зигрин?

— Интересно, — вздохнул краснолюд, — почему все об этом спрашивают?

Барклай Эльс отвернулся, отыскал взглядом корнета и впился в него глазами.

— Стало быть, так, самый младший сын Анзельма, — прохрипел он. — Король и коннетабль приказывают нам прийти и поддержать их? Ну, так раскрой глаза шире, корнетик. Будет на что посмотреть.

* * *— Холера! — рявкнул Русти, отскакивая от стола и размахивая скальпелем.

Никто ему не ответил. Марти Содергрен только развела руками. Шани наклонила голову. Иоля шмыгнула носом.

Пациент, который только что умер, глядел вверх, глаза у него были неподвижные и стеклянные.

— Бей-убивай! На погибель сволочам!

— Равняйсь! — рычал Барклай Эльс. — Держи шаг! Держи строй! И плотней! Плотней, мать вашу так-растак!

«Мне не поверят, — подумал корнет Обри. — Ни за что мне не поверят, когда я стану об этом рассказывать. Этот квадрат дерется в полном окружении… Охваченный со всех сторон кавалерией, разрываемый на части, его рубят, давят, колют… И этот квадрат идет.

— Бей!

— Держи шаг! Держи шаг! — рычал Барклай Эльс. — Держи строй! Песню, курва ваша мать, песню! Нашу песню! Вперед, Махакам!

Из нескольких тысяч краснолюдских глоток вырвалась знаменитая махакамская боевая песня.