Избранные произведения. I том [компиляция]

Продирающийся рядом адъютант вдруг рухнул лицом вниз, маршал успел заметить болт, торчащий у него в спине по самые перья. В тот же миг почувствовал страшный удар в голову. Покачнулся, но не упал, завязнув в тине и трясине. Хотел крикнуть, но смог только захрипеть. «Жив, — подумал он, пытаясь выбраться из объятий липкого месива. Вырывающийся из топи конь ударил его по шлему, вдавленный глубоко металл разбил щеку, выбил зубы и покалечил язык. — Исхожу кровью… глотаю кровь… Но живу…»

Снова щелчок тетивы, шипение перьев, звон и скрежет пробивающих латы болтов, визг и ржание лошадей, хлюпанье, брызги крови.

Маршал оглянулся и увидел на берегу стрелков: маленькие, плотные, коренастые фигурки в кольчугах, шлемах с бармицами и островерхих шоломах. «Краснолюды», — подумал он.

Щелчок тетивы, свист болта. Визг обезумевших лошадей, крики людей, заглушаемые водой и топью.

Обернувшийся к стрелкам Удер де Вингальт высоким писклявым голосом завопил, что сдается, умолял спасти, упрашивал оставить его в живых. Видя, что никто не понимает его слов, он поднял над головой меч, схватил за клинок. Международным, почти всекосмическим жестом подчинения протянул меч в сторону краснолюдов.

Но не был ими понят или же был понят неверно, потому что два болта тут же угодили ему в грудь с такой силой, что удар просто вырвал его из трясины.

Коегоорн сорвал с головы вдавленный в нее шлем. Он достаточно хорошо знал всеобщий язык нордлингов.

— Я маршал Коегоорн… — забормотал он, отплевываясь кровью, — малал… Коогоо… Сдаюсь… Профу… Плофтите…

— Чего он там плетет, Золтан? — удивился один из краснолюдов.

— А хрен их поймет с их трепом! Видишь шитье на плаще, Мунро?

— Серебряный скорпион! Хо-хо! Ребяты, а ну давай в сукина сына! За Калеба Страттона!

— За Калеба Страттона!

Щелкнули тетивы.

Один болт угодил Коегоорну в грудь, второй — в бедро, третий в ключицу. Фельдмаршал Нильфгаардской империи перевернулся на спину, повалился в жидкое месиво, горец и топь поддались под его тяжестью. «Кто, — успел он еще подумать, — такой этот Калеб Страттон? Никогда в жизни не слышал ни о каком Калебе…»

Мутная, густая, кроваво-грязная вода речки Хотли сомкнулась над его головой и ворвалась в легкие.

Она вышла из палатки, чтобы глотнуть свежего воздуха.

И тут увидела его, сидевшего на земле возле скамейки кузнеца.

— Ярре!

Он поднял на нее глаза. В глазах была пустота.

— Иоля? — спросил он, с трудом шевеля пересохшими губами. — Откуда ты…

— Во вопросик! — тут же перебила она. — Лучше скажи, откуда ты здесь взялся?

— Мы принесли нашего командира… Воеводу Бронибора… Раненого…

— Ты тоже ранен. А ну покажи руку. О богиня! Ты же изойдешь кровью, парень!

Ярре глядел на нее, а Иоля вдруг усомнилась в том, что он ее видит.