Избранные произведения. I том [компиляция]

— Приветствую тебя, Эитнэ, Повелительница Брокилона.

— Я снова имею удовольствие принимать тебя в моем Лесу. Хоть и являешься ты сюда без моего согласия и ведома. Входить в Брокилон без моего согласия рискованно, Белый Волк. Даже для тебя.

— Я прибыл в качестве посла.

— Ах… — слабо улыбнулась дриада. — Так вот откуда твоя смелость, которую я не хотела бы называть другим, не столь приятным словом. Геральт, неприкосновенность послов — обычай, принятый у людей. Я его не признаю. Я не признаю ничего человеческого. Все человеческое мне чуждо. Здесь — Брокилон.

— Эитнэ…

— Молчи, — прервала она, не повышая голоса.

 — Я приказала тебя отпустить. Ты выйдешь из Брокилона живым. Не потому, что ты посол. По другим причинам.

— Тебя не интересует, чей я посол? Откуда пришел, от чьего имени?

— Откровенно говоря, нет. Здесь Брокилон. Ты пришел извне, из мира, до которого мне нет дела. Чего ради мне терять время на выслушивание послов? Что мне любые предложения, любые ультиматумы, придуманные теми, кто мыслит и чувствует иначе, чем я? Какое мне дело, что думает король Вензлав?

Геральт удивленно покачал головой.

— Откуда ты знаешь, что я пришел от Вензлава?

— Это же ясно, — усмехнулась дриада.

 — Эккехард слишком глуп. Эрвилл и Вираксас чересчур сильно меня ненавидят. Владения других с Брокилоном не соприкасаются.

— Ты многое знаешь о том, что происходит вне Брокилона, Эитнэ.

— Я знаю очень много, Белый Волк. Это привилегия моего возраста. Теперь же, если позволишь, я хотела бы завершить одно дело. Тот мужчина с внешностью медведя, — дриада перестала улыбаться и взглянула на Фрейксенета, — твой друг?

— Мы знакомы. Когда-то я его расколдовал.

— Проблема в том, — холодно сказала Эитнэ, — что я не знаю, как с ним быть.

Не могу же я сейчас приказать его добить. Я позволила бы ему выздороветь, но он создает опасность. На фанатика он не похож. Значит, охотник за скальпами. Я знаю, Эрвилл платит за каждый скальп дриады. Не помню сколько. Впрочем, цена возрастает пропорционально падению ценности денег.

— Ошибаешься. Он — не охотник за скальпами.

— Зачем же полез в Брокилон?

— Искать девочку, которую поручили его присмотру. Он рисковал жизнью, чтобы отыскать ее.

— Очень глупо, — холодно бросила Эитнэ.

 — Это даже трудно назвать риском. Он шел на верную смерть и жив только благодаря лошадиному здоровью и выносливости. Что же до ребенка, то она уцелела случайно. Мои девочки не стреляли, так как думали, что это пак или лепрекун.

Она снова взглянула на Фрейксенета, и Геральту показалось, что ее губы как бы помягчели.

— Ну хорошо. Отметим как-нибудь этот день.

Она подошла к подстилке из лапника. Сопровождавшие ее дриады приблизились тоже. Фрейксенет побледнел и съежился, хоть и не стал от этого меньше.