Избранные произведения. I том [компиляция]

— На тебя смотрят, не на меня! Не хочу я ни в какую школу! Ты обещала, что всегда будешь со мной, а теперь собираешься бросить! Одну. Я не хочу быть одна!

— И не будешь. В школе много девочек твоего возраста. Заведешь подружек.

— Не нужны мне подружки. Я хочу быть с тобой и с… Я думала, что…

Йеннифэр быстро обернулась.

— Что ты думала?

— Что мы едем к Геральту, — вызывающе подняла голову Цири. — Я прекрасно знаю, о чем ты думала всю дорогу. И почему вздыхала ночью.

— Довольно, — прошипела чародейка, а блеск ее горящих глаз заставил Цири вжаться лицом в гриву лошади.

 — Слишком уж ты разговорилась. Напоминаю: время, когда ты могла возражать, ушло. И случилось это по твоей собственной воле. Теперь ты должна слушаться. И делать то, что я прикажу. Поняла?

Цири кивнула.

— Да, что прикажу. И это будет для тебя лучше всего. Всегда. Поэтому ты будешь слушаться меня и выполнять все мои распоряжения, ясно? Останови лошадь. Мы на месте.

— Это школа? — буркнула Цири, окидывая взглядом внушительный фасад дома. — Это уже…

— Ни слова больше. Слезай. И веди себя как положено. Это не школа, школа находится в Аретузе, а не в Горс Велене.

Это банк.

— Зачем нам банк?

— Подумай. Слезай, я сказала. Да не в лужу! Оставь лошадь, для этого есть слуги, сними перчатки. В банк в перчатках для езды не входят. Взгляни на меня. Поправь берет. Выровняй воротничок. Выпрямись. Не знаешь, что делать с руками? Так не делай ничего!

Цири вздохнула.

Высыпавшие из здания служащие были краснолюдами. Цири внимательно приглядывалась к ним. Такие же невысокие и бородатые крепыши, они тем не менее ничем не походили на ее друга Ярпена Зигрина и его ребят. Служащие были какие-то безликие, одинаково одетые, никакие.

И раболепные, чего об Ярпене и его ребятах сказать было никак нельзя.

Йеннифэр и Цири вошли. Магический эликсир чародейки продолжал действовать, поэтому появление Йеннифэр тут же вызвало великое возбуждение, беготню, поклоны, дальнейшие раболепные и покорные пожелания и заверения в готовности услужить, конец чему положило лишь появление невероятно толстого, богато одетого белобородого краснолюда.

— Уважаемая Йеннифэр! — загудел краснолюд, позвякивая золотой цепью, свисавшей с могучей шеи значительно ниже белой бороды.

 — Какая неожиданность! И какая честь! Прошу, прошу в контору! А вы там, не стоять, не глазеть! За работу! К счетам! Абакам! Вильфли, немедленно в контору бутылку Кастель де Нефа, года… Ну сам знаешь какого. Живо, одна нога тут, другая там! Изволь, изволь. Йеннифэр, истинное удовольствие видеть тебя. Ты смотришься… Ах, черт возьми, аж дух захватывает!

— Ты тоже, — улыбнулась чародейка, — недурственно держишься, Джианкарди.

— Надеюсь. Прошу, прошу ко мне в контору. Ах нет, нет, как можно, вы первыми.