Избранные произведения. I том [компиляция]

На нас смотрят…

— Эта девка… Я хотел сказать, принцесса… Кажется, некрасива… Когда император ее увидит…

— Думаете, он ее еще не видел?

— Некогда было. Он только час назад прибыл из Дарн Руаха.

— Эмгыру никогда не нравились тощие. Айна Дермотт… Клара аэп Гвиндолин Гор… А Дервля Трыффин Бруаннэ — это же писаная красавица…

— Может, и найда со временем похорошеет…

— Если ее отмыть. Княжны с севера, кажется, моются редко…

— Следите за словами. Возможно, мы говорим о будущей супруге императора…

— Она же еще ребенок. Ей не больше четырнадцати.

— Повторяю, это будет политический союз… Чисто формальный…

— Если б так, Золотоволосая Дервля осталась бы при дворе.

— Найда из Цинтры политически и формально уселась бы на трон рядом с Эмгыром… А по вечерам Эмгыр давал бы ей забавляться тиарой и играть коронными драгоценностями, а сам шел бы в опочивальню Дервли… По крайней мере до того времени, пока соплячка не достигнет того возраста, когда уже можно безопасно рожать.

— Хм… Да… В этом что-то есть. Как ее зовут… эту «прынцессу»?

— Ксерелла или как-то так.

— Да нет же. Зирилла. Да, кажется, Зирилла.

— Варварское имечко.

— Тише, дьявольщина…

— И серьезнее. Вы ведете себя как дети!

— Следите за словами! Следите за тем, чтобы я не почел их за оскорбление!

— Желаете сатисфакции? Вы знаете, где меня искать, маркграф!

— Тише! Спокойнее! Достойнее! Император…

Герольду достаточно было одного удара жезлом о паркет, чтобы украшенные черными беретами головы аристократов и рыцарей склонились словно колосья под порывом ветра.

— Эмгыр вар Эмрейс, Деитвен Аддан ын Карн аэп Морвудд!

Белое Пламя, Пляшущее на Курганах Врагов, ступил в залу. Прошел вдоль рядов знати своим обычным быстрым шагом, энергично размахивая правой рукой. Его черная одежда ничем не отличалась от одежд дворян, разве что отсутствием брыжей. Темные волосы императора, как всегда, не уложенные в прическу, удерживало в относительном порядке узкое золотое кольцо, на шее поблескивала императорская цепь.

Эмгыр довольно небрежно присел на трон, стоящий на возвышении, уперся рукой в подлокотник, а подбородок положил на ладонь. На другой подлокотник трона ногу не забросил, а это означало, что соблюдение церемониала по-прежнему обязательно. Ни одна из склоненных голов не приподнялась ни на вершок.

Император громко, не меняя позы, кашлянул. Придворные перевели дыхание и выпрямились. Герольд снова ударил жезлом по паркету.