Измена: B-52 (СИ)

- Ну конечно да, Юр. Вот мы переспали, лежим, а тут я ей говорю: Марин, а знаешь? У меня крыша едет на почве ревности. Бывает. Ты это…

- Шутки сейчас неуместны.

Это слышать в миллион раз смешнее, поверьте мне, особенно от него. Поэтому я выгибаю саркастично бровь и смотрю на брата через отражение, но он серьезен как никогда.

- Это реально серьезно, брат. Ты должен ей сказать.

- Мы еще не определились с нашими отношениями.

- Ну походу ты уже определился все-таки, раз чуть на Кирилла не набросился. Тормози. И скажи ей. Это важно.

- Когда надо будет, тогда скажу.

Огрызаюсь конечно же так, для острастки. На самом-то деле Юрка прав – о таком нужно предупреждать заранее. Всякое может быть, а если она будет не будет знать, это может стать проблемой.

- Как знаешь.

Брат уходит, а я остаюсь. Говорят, у меня слишком много тестостерона и нервная работа — вот почему все так, на самом деле это в генетике дело. Отец мой, родной, я имею ввиду, а не Коля — мой отчим, у него та же самая проблема. Юрку это стороной обошло, проблема наша родовая, по крайней мере пока, и это хорошо. Вот что действительно херово, когда тебе башню рвет, как мне. Надо бы в зал, грушу поколотить, или Марину затащить к себе в кабинет? Усмехаюсь шальной мысли. Да, последнее откровенно лучше…

Нет. Подумает еще, что я — животное. Ну нет, Давыдов! Соберись!

Выхожу решительно из комнаты и направляюсь в свой кабинет. Надо работать. Это верное решение, не хочу я, чтобы она думала, что у меня мозг только на уровне ширинки и крутится, даже если это и так.

Переодеваюсь в форму быстро, а сам в кухню только и могу смотреть. К черту бы послал всю это работу, если честно, я бы с ней хотел куда-нибудь съездить. На море. Чтобы она почаще была голой…СТА-А-АС! Угомонись! Возьми себя в руки.

Вроде как выходит. С горем пополам как бы. Но когда я выхожу обратно на кухню, то Марину тут не вижу. Нет, в этом нет ничего удивительного, но здесь я не вижу и своего брата – а это уже проблема. Пробегаюсь глазами дважды — фиг, тогда то до меня доходит: малой в очередной раз взял «все в свои лапища», поэтому резко поворачиваю к выходу. Ну конечно! Вон стоят у стеночки и шепчутся. Гад!

- Юра, твою мать!

Иду на него еще решительней, но Марина выступает и встает между нами, руки свои крохотный растопырив.

- Стоп! - резко так, строго велит, хотя я брата бить и не собирался, так, слегка за шкирку бы потаскал — понятно. Все уже растрепал.

- Тебе не жить, мелочь пузатая!

- Она должна знать, Стас.

- Я сказала — стоп!

Мышка тяжело дышит, зыркает на нас злобно, но затыкает сразу обоих. Я, конечно, злюсь, что этот дурак не в свое дело полез, но, не скрою, поражает меня она сейчас еще больше. Я даже залипаю, пока она указания раздает…

- Юра, иди на кухню. Дальше мы сами.