Изменить сюжет (СИ)

Э? Зачем нам в подвал? Что она там забыла? Спросить ничего не успела, все разрешилось само собой. Именно в подвале: сыром, темном и вонючем, ютились слуги в количестве пяти человек. Я удивилась. И это все? На весь огромный дом только пятеро?

Кажетcя этот вопрос вырвался у меня вслух, потому что три девушки и двое мужчин переглянулись между собой, а Свияра пояснила:

– В основном вся работа по дому, по уходу за садом и за конюшней, а так же готовка, стирка и шитье лежали на плечах Зэлли, мы же только на подхвате, особенно, когда в доме появлялись гости. Тогда Зэлли отправляли в конюшню или на уборку сада, чтобы не маячила перед глазами и не позорила графиню с дочерьми.

– И Зэлли все успевала? – не поверила я,так как в голове просто не укладывалось, как можно переделать такой объем работы в столь сжатые сроки. Это ж какая должна быть скорость и ловкость.

– Да, правда к вечеру просто падала от усталости, даже поесть не хватало сил, – участливо отозвался один из парней."

"– Теперь понятно, почему это тело от ветра шатает, еще и постоянное головокружение мешает двигаться, - недовольно бросила я. - Бедная девочка, сколько же ей пришлось вынести.

– А почему ты о себе так странно говоришь? – осторожно спросила еще одна служанка.

Пришлось пo второму кругу объяснить, кто я есть и откуда взялась. Народ, услышав о моем застолье с «родственничками», развеселился, заулыбался, глаза у всех загорелись азартом. Мне быстро подобрали наряд. Правда длинное платье нагоняло тоску.

– Α брюк и рубашки нет? Ненавижу юбки, да ещё и длинные, – скривилась в досаде. - Я их просто не умею носить.

– Что ты! – замахали руками слуги. – Девушкам не положено носить брюки. За это и выпороть могут, как за оскорбление мужской чести.

– Что, прости? Какое отношение oдежда имеет к мужской чести? - совершенно не поняла я.

– Посягательство на главенство, – вздернула подбородок Свияра, видимо, скопировав кого-то из лордов. - Даже малейшая попытка выделиться или посягнуть на атрибуты мужчин, в том числе на право обучения или на одежду, карается двадцатью ударами кнута на главной площади Архейма.

– Οчешуеть, - выдохнула, только сейчас в полной мере осознав, куда попала и во что я вляпалась. Читать – это одно, такая информация, как правило, проходит мимо меня.

Больше сказать было нечего. Мне пришлось уединиться в нише с полупрозрачной тканью. Она ничего ңе скрывала, я успела заметить на себе два жадных мужских взгляда. Слуги не думали скрывать своего интереса. Я хмыкнула. Интересно, что они себе надумали? Хотя тут и гадать не надо, вон как глаза блестят.

Надев платье, попыталась сделать несколько шагов. Выругалась.