Попаданка в академии драконов 3

Что мне стоило собраться с духом и сходить на этот несчастный ужин?

Сегодня бы не на пять минут забежала к Нике, а смогла бы поговорить подольше."

"Обругав отражение, я последний раз проверяю причёску, оправляю золотистое платье с открытой спиной и подбитым перьями подолом. Наконец выхожу к Пушинке и Арендару, нарядившемуся в красный с золотом сюрко.

Правда, к парадной одежде не подходят громадный меч, мой палаш и пистолеты. Но это на мой взгляд. Судя по довольному виду Арендара, по его мнению всё в порядке, а пистолеты он просит нести у всех на виду.

Нарядные и вооружённые до зубов, с палашом и мечом наперевес и Пушинкой размером с лошадь сбоку мы выходим из академии в сопровождении дюжины гвардейцев. От ощущения пистолетов и палаша в руке по телу разливается приятное волнение, воодушевление. Осанка становится ещё прямее, подбородок тянется вверх, а по спине пробегают тёплые мурашки.

— Завоевательницей себя чувствую, — шёпчу Арендару.

— Так и есть, — он наклоняется и, поймав выбитый ветром локон, заправляет его за ухо. — Я — наследник империи, ты завоевала меня, а значит — всю империю.

Арендар быстро целует меня в шею.

— Ну, если смотреть с этой стороны, — усмехаюсь я.

А внутри всё равно гуляет паника: ну не нравлюсь я императору, совсем не нравлюсь, а из-за меня Арендар отказался от праздничного ужина с ним.

— Ты уверен, что нам стоит проводить праздничный завтрак? — интересуюсь на всякий случай. — Наверняка у всех полно дел…

Впереди уже темнеют массивные ворота академии.

— Почему ты боишься? — Арендар обхватывает меня за талию. — Моя семья через несколько дней станет твоей семьёй.

— Мне кажется, император от меня не в восторге.

— Он сейчас ни от кого не в восторге, даже от нас, своих сыновей. Не воспринимай его раздражение как что-то личное. Его беспокоит ситуация в мире.

— Да, пожалуй, ты прав: ему есть о чём волноваться.

Охранники открывают ворота. Последние шаги под гулким каменным сводом — и мы оказываемся за пределами академии.

Арендар плотнее прижимает меня к себе. Поднявшаяся на задние лапы Пушинка обнимает нас. Вокруг взметается золотое пламя. Я закрываю глаза, глядя на дорогу к академии, а открыв их, смотрю на вымощенную плитами дорогу к дворцу.

Ой-ой, кажется, мне уже плохо. Чего я паникую? Ну подумаешь, сорвала ужин императорской четы с сыном, с кем не бывает?.. Это был не лучший способ успокоить себя. Но чего я боюсь? Не убьют же меня там в самом деле… я сама умру от страха.

Пушинка, разжав объятия, опускается на передние лапы.

— Лера, тебе здесь жить, — Арендар по доброте душевной прибавляет дровишек в огонь моей паники.