Кафе госпожи Аннари (СИ)

Вы занимаетесь доставкой?

— Мы только открываем своё дело, — опережает меня Вариса. — Пока о доставке не думали, но ради вас готовы организовать.

Старушка достаёт из кошеля на поясе золотую монету и протягивает её Рансону:

— Хочу открыть в вашем заведении счёт, чтобы вы каждый день доставляли мне по одному пирожному. Каждый раз разному, но чтобы без орехов. Когда деньги закончатся, добавлю ещё.

Рансон принимает монету с поклоном:

— Хорошо, уважаемая.

— Вижу, Вариса уже рассказала вам о том, как я люблю, чтобы ко мне обращались… Вариса, ты же не возражаешь, чтобы я называла тебя вот так, по-простому?

— Не возражаю, — лицо женщины выглядит бесстрастным.

— Умница, девочка. Я смотрю ты как была хваткой, так и осталась. Попросила ведь долю в кафе?

— Да. Небольшую.

— И устроилась компаньонкой?

— Да.

— Ну и правильно. Не всё же тебе хвостом крутить. Пора осесть и остепениться. А доченька твоя и сама свою жизнь отлично устроит — ваша порода. А ты Аннари? Вижу, что храбрая девочка. Думаешь много, но это и неплохо. Когда дочке учителей нанимать планируешь?

— Летом, — отвечаю я.

— Вот и молодец. Таланты требуют огранки. Особенно такие редкие.

— Что вы имеете в виду?

— Не бери в голову… Я слышала, ты зиму в усадьбе провела? И как тебе?

— Нормально.

— Не понравилось, значит. Думаю, здесь тебе, и правда, лучше будет. Да и доченьке твоей тоже. В большой компании всяко веселее расти. Передай ей, что если летом яблок или груш захочет, пусть попросит. Не нужно деревья портить.

— Думаете, она будет портить деревья? — слова старушки кажутся мне странными.

— Может, будет, может, не будет. Кто знает… А много ли у вас работников планируется?

— Пока наняли двух поварих дополнительно к той, что работала у баронессы Аннари, четырёх подавальщиц и двух кассирш.

— И как их имена?

Следующие полчаса Вариса рассказывает о нашем персонале. Причём у меня возникает ощущение, что старушка Мирим их уже знает — очень уж специфические вещи она уточняет. Например, удалось ли Жайме побороть стеснительность. И та ли девушка, Южина, у которой голубые глаза — про одну из поварих.

Затем старушка переключается на меня. Выспрашивает, как отношения со свекровью. Вздыхает, что чужая мать — это не то же самое, что своя. Расспрашивает, планирую ли я возвращаться в столицу, на что я пожимаю плечами — пока я этого сама не знаю.

В середине нашего разговора на кухню заходит рыжий пушистый кот. По-хозяйски запрыгивает ко мне на колени и сворачивается клубком. Мою попытку погладить воспринимает очень благосклонно и даже начинает мурлыкать, из-за чего на лице старушки на мгновение появляется странное выражение лица, значение которого распознать не получается.