Кайа. История про одолженную жизнь. Том 3

— Папа! — довольно громко воскликнул я, увидев «родителей» и подбежав, повис на шее «отца»

— Привет, амазонка! — ответил «папаша», чмокнув Кайю в щеку

— Поедем, перекусим! — сказал он, когда наконец иссяк поток поздравлений от его братьев, за исключением бывшего «папаши», который скрылся в неизвестном направлении сразу, как закончился Суд и сестер, а также прочих членов нашей Семьи, и от его коллег, которых судили вместе с ним.

— Я только за! — ответил я

И мы пошли на выход из здания Суда.

В ресторане, в отдельном кабинете. Обедали мы втроем, а Лера, вместе с Прислужницей «матушки», извинившись, остались на обед в общем зале. Слопав первое, второе и приступив к десерту, я поинтересовался:

— Ну и какой же вынесли вердикт?

— Не для ушей непричастных барышень, — ответила «маманя»

— Ну и ладно! — сказал я, и отламывая ложечкой кусочек кекса, поинтересовался, — Но ощипали-то нас здорово?

— Двадцать процентов акций «Объединённой авиакосмической Компании» отходят государству. Также, от государства будет назначен наблюдательный совет во все наши Компании, исполняющие «гособоронзаказ».

— А нельзя ли было, вместо подобных убытков, просто повесить «бывшего папашу»?

Ответа не последовало. Видимо, нет."

"— И что, этот «замечательный человек», — развил я свою мысль, имея в виду бывшего «папашу», — вот так вот запросто отделается легким испугом? Его же ведь не задержали в зале Суда, а значит, отпустили…а тебя, пап, собирались повесить! Это что же получается, все звери в лесу равны, но некоторые ровнее?

— Это называется — политика, — ответил «папаша», пожав плечами

— Нет, так дело не пойдет, — сказал я и достав видеофон, включил запись перестрелки в нашем здании, после чего, передал аппарат «папе», — на записи хорошо видно, как боевик «бывшего папаши» ведет бой с полицией. Дед, на сколько я помню, говорил, что лишит Наследия, изгонит из Семьи и устроит прочие горести любому, кто ради своих амбиций навредит Семье. Николай Филатов натравил на члена Семьи, на меня, убийц, а также, стал причиной невообразимых финансовых потерь для нашей Семьи. Уважаемый дед должен ответить за свои слова и как минимум вычеркнуть имя этого человека из Родовой Книги…

— Угомонись, Кайа! — негромко сказал «папаша», слегка стукнув ладонью по столу, — то, что мой отец, твой дед, должен делать — не твоего ума дело! Чтобы я более не слышал от тебя подобных речей, понятно?

— Я не стану более заводить подобных речей, — ответил я спокойно

— Вот и славно, — сказал «папаша», — но все же ты права, этому человеку нельзя дать выйти более-менее сухим из воды. И я не дам, будь уверена, пусть даже и не надеется.