Как в индийском кино

И не стало Надьке в родном доме никакой жизни! Валерка ей прямо так и сказал: «Уходи куда хочешь!» И это после всего того, что она для него сделала! – возмущенно воскликнула она, глядя на меня в поисках сочувствия.

– Ну так давно известно, что ночная кукушка дневную всегда перекукует, – поддержала ее я. – И что сделала Надежда?

– А сказала ему прямо в глаза, что нет у нее больше брата! И в ФАК перебралась, на кушетке там ночевала! Вот до чего дошло! – выразительно произнесла она и даже губы поджала.

– Куда?! – вытаращившись на нее и подумав, что ослышалась, чуть не крикнула я, потому что ее многословие меня здорово нервировало.

– Ну, в фельдшерско-акушерском пункте, – объяснила Тамара. – Мы его так зовем. Надька хорошая медсестра была, уколы делала так, что комар больнее укусит, люди и не чувствовали ничего. Все ее очень хвалили, а жалели еще больше. А дядя Юра стал к бутылке прикладываться. Никогда за ним такого не водилось, даже когда тетя Варя умерла. Ну тут его Макариха и прибрала к рукам! Точнее, просто забрала. Пришла и сказала: «Собирайся, а то ты тут вконец сопьешься». А что? Он человек тихий, спокойный, на все руки мастер. А она женщина одинокая, вдовая, и детей бог не дал. Ну он к ней и перебрался. Ой как ей бабы завидовали! – она аж головой покрутила от избытка чувств.

– Так это же клад, а не муж, – согласно покивала я.

– А то! Мужиков-то у нас тут, почитай, и не осталось. Вот Макариха за него и держалась! Нет, она за ним хорошо смотрела, чистый такой стал ходить, ну совсем, как раньше. В Зинкином кильдиме он же только что паршой не покрылся. Макариха хотела и Надьку к себе забрать, чего девчонке черт-те где ночевать? Дом-то у нее большой, все бы поместились. Только дядя Юра воспротивился, сказал, чтобы Надька в город ехала, там счастья попытала, а то в нашей глухомани пропадет совсем. Ну Надька и съехала.

– Где же она в городе работала? – поинтересовалась я, подумав, что, раз Надежды здесь нет, то она могла вернуться на прежнюю работу и квартиру себе поменьше купить.

– Звонила она мне оттуда, как устроилась, – охотно сообщила мне Тамара. – Она говорила, что в больницу какую-то работать поступила, а комнату пополам с другой медсестрой снимает и все у нее хорошо. Ну я дяде Юре с Макарихой так и сказала. Потом она сообщила, что в частную больницу перешла, потому что зарплата там намного больше. А через некоторое время мне стало известно, что в одном доме сиделкой работает, за женщиной больной ухаживает, а платят ей еще больше, чем в частной больнице, и женщина хорошая, душевная попалась. Вот. А Зинка-то чего удумала. Она Валерку настропалила, чтобы он заставил отца дом на него переписать. Сунулся он к дяде Юре, а Макариха его так турнула, что вылетел он от нее красный как рак.