Камень

Мы с Прохором переглянулись, и он продолжил:

— Вот теперь у тебя мысль в правильном направлении движется! — усмехнулся мой воспитатель. — Так как?

— Получается, что не только для себя… — чуть ли не прошептал Сашка.

— А когда ты работы Хмельницкого на выставке смотрел, удовольствие получал?

— Огромное, дядя Прохор! — кивнул он.

— Хорошо. А теперь скажи мне, почему ты хочешь лишить других людей удовольствия от просмотра твоих картин? Не кажется ли тебе это всё юношеским максимализмом?

— Теперь кажется… — совсем потерялся Сашка.

— Давайте лучше выпьем! — Прохор разлил водку по стопкам, и мы выпили.

 — Может Алексию позовём, а то скучно тут с вами становится… — он подмигнул мне.

Девушка, в спортивном костюме, появилась минут через десять после моего звонка.

— По какому поводу пьянка? И без меня? — нарочито недовольным тоном поинтересовалась она.

— А это тебе Александр наш расскажет. — ухмыльнулся Прохор.

Деваться моему другу было некуда, и он, сначала несмело, а потом и с юмором пересказал наши с ним приключения и разговор с моим воспитателем.

— У меня такое было! — махнула рукой Леся после рассказа Сашки.

 — Работать надо, а тебя тащат на интервью, на фотосессию, на приём какой-нибудь модный. Ужасно раздражало! — её аж передёрнуло. — А потом ничего, привыкла… Главное понимать, что без твоих поклонников ты ничто, твоё развитие останавливается, никто тебе не подскажет, куда двигаться дальше! Да и моральную с энергетической подпитку от поклонников никто не отменял!.. — глядя на моего друга, закончила она. — Понял, Александр?

— Понял! — кивнул он уже весьма уверенно.

Тем не менее, молодого художника мы сумели расшевелить, он и сам с улыбкой начал делиться своими впечатлениями о «светской жизни».

Пока Леся, пользуясь случаем и алкогольным опьянением Сашки, выспрашивала у него про Долгорукую, Юсупову и Шереметьеву, я позвонил Главе Рода и доложился ему про приглашение Романовой в Кремль.

— Да мне наследник уже позвонил. — ответил дед. — День обещал сообщить позже. Как там твой друг? — поинтересовался он. Пришлось рассказать. — Да… Нелегко сейчас Александру придётся, правильно делаешь, что винишься перед ним.

В следующий раз думать будешь наперёд. Спокойной ночи! — дед положил трубку, а я вернулся к застолью.

Просидели мы до двух часов ночи, после чего отправили Сашку домой под присмотром молодых людей из СБ.

— Вроде отошёл… — сделал вывод Прохор о состоянии Александра.

— Да нормально с ним всё будет, не переживайте! — успокоила нас Алексия. — Главное, чтоб «звезду не поймал»! Вот это гораздо труднее пережить.

— Будем следить! — кивнул Прохор. — Если что, к Михаилу Николаевичу на правёж отправим.