Камень

 — Господа, держите себя в руках! Постарайтесь не нанести друг другу увечий! Вы меня поняли? — мы кивнули. — А сейчас по разным углам… сцены. Начинаем по команде «Бой».

Мы разошлись. «Публика в зале» притихла.

— Бой! — крикнул Глаголев и махнул рукой.

Как я и предполагал, Мехренцев рванул ко мне, как и Харитонов позавчера в бильярдной, такая у гвардейских полков основная специфика — захват и удержание. Может Арсений Станиславович и сделал для себя определённые выводы после просмотра видеозаписи из «Метрополии», но я бы на его месте поступил бы так же — поменяешь отработанный тактический рисунок, потеряешь ещё больше…

Перейдя на темп, я сделал пару шагов навстречу подполковнику.

Подполковник отлетел метра на три, в полёте успел сгруппироваться, упал на деревянное покрытие сцены, и затих. В зале повисла тишина.

«Да, это не «волкодавами» тренироваться… Те бы даже на ногах устояли…» — подумал я.

А к Мехренцеву, тем временем, кинулся генерал Глаголев и офицеры из зала. Остальное Собрание загудело, разглядывая меня уже по-новому. Секунд через тридцать подняли на ноги и моего «противника», который, держась за ушибленную грудь, направился ко мне.

— У меня нет против вас шансов, Алексей Александрович! — протягивая руку, которую я пожал, громко сказал улыбавшийся Мехренцев. — Этим троим очень не повезло, когда они выбрали объектом своей гнусной афёры именно вас!

Дружный гул из зала видимо должен был свидетельствовать, что офицерское собрание с этими словами командира ДШБ полностью согласно.

"— Господа! — привлёк к себе внимание генерал Глаголев. — Все вопросы выяснили, никого не задерживаю! И не забывайте, что завтра на службу!

Минут через пять в зале, кроме генералов, полковника Орлова, меня и полковника Григория Михайловича Пожарского, заместителя командира полка, наследника Рода Пожарских, никого не осталось.

— Прошу всех ко мне! — генерал Глаголев указал на выход со сцены.

— Если только на десять-пятнадцать минут, Виктор Кузьмич. Вечером запланировано мероприятие… — дед развёл руками.

— Полчаса, не больше, Михаил Николаевич! — заверил генерал.

— Хорошо. — кивнул дед.

Мы с дядькой со «стариками», как он выразился, не пошли, а направились на крыльцо Офицерского собрания.

— Ну ты, Лёшка, конечно, дал! — подвёл итог увиденному Григорий. — Мехренцев же «воевода», и отнюдь не из самых слабых! Уложить командира ДШБ за три секунды! — дядька покивал головой.