Камень

— Моё желание, чтобы наши молодые люди ухаживали за нами сами! — заявила она.

— Как будто когда-то было по-другому… — хмыкнул её брат, и мы с ним одновременно взяли бутылки и начали разливать вино по фужерам, причём Андрею, после жеста сестры, досталась только Анна, а мне Наталья и Инга, о чем я, впрочем, особо не жалел, несмотря на «далекоидущие планы» Юсуповой.

После того, как мы выпили вина и мило поболтали, в клубе заиграла смутно знакомая мне мелодия, услышав которую, девушки встрепенулись.

— Алексей, никуда не уходи, мы танцевать! — сказала мне Инга, и они с Натальей встали с дивана.

Впрочем, далеко они не ушли, а устроили импровизированный танцпол прямо за нашим диваном. Спустя какое-то время, к ним присоединились девушки и молодые люди с другого столика, с которого махали руками Андрею, когда мы пришли. Шереметьева танцевать с подружками не пошла, а взяла свой бокал с вином, обошла стол и села рядом со мной.

— Как тебе наша компания, Алексей? — поинтересовалась она.

— Мне очень нравится, Анна! — улыбнулся я.

— Андрей мне сказал, что насчёт Инги он тебя предупредил.

— Это я уже понял… — кивнул я, вспоминая обещания Инги, данные мне пятнадцать минут назад.

— Почему не танцуешь? — переключилась девушка на другую тему.

— Пока не хочу, может быть, позже…

— Договорились. Первый медленный танец мой. — я удивлённо посмотрел на неё. — Ты же помнишь, что сегодня вы с Андреем выполняете все наши желания? — хоть у Анны и было серьезное лицо, но её глаза смеялись.

— Анна, первый медленный танец твой! — торжественно сказал я ей.

Девушка очаровательно улыбнулась, встала и вернулась на свое место.

Вернувшиеся после танцулек Наталья и Инга устроили мне форменный допрос:

— О чём с Анькой говорили? — сходу спросила Юсупова, а Долгорукая кивнула, горя желанием узнать подробности.

— О моих впечатлениях о нашей компании. — ответил я.

— И что ты сказал? — прищурив глаза, поинтересовалась Наталья.

— Правду. Что мне наша компания очень нравится.

— А ещё о чём говорили? — Ингу было не провести.

— О медленном танце. — я был краток.

— И что? — не отставала Инга.

— Пообещал, что первый медленный танец станцую с ней…

— Вот ведь сучка! — воскликнула Юсупова, глядя на Долгорукую, которая согласна кивнула.

"Они обе вскочили и переместились к Шереметьевой, которая, надо было отдать ей должное, несмотря на ожесточённую жестикуляцию и разговор на явно повышенных тонах, сохраняла невозмутимый вид и самообладание. Когда мои однокурсницы вернулись и сели на свои места, то они демонстративно старались на меня не смотреть, но фужеры пододвинули, которые мне пришлось «обновлять».