Капкан для зверя

— Страшно, Дэн? Страшно сейчас?

Он заорал от дикой боли. Еще бы, нож бы смочен вербным раствором.

— А предавать своего Господина не страшно было?

Лезвие ножа поднималось уже по щеке, выпуская тонкую струю его черной крови и заставляя безостановочно кричать и дергаться в кандалах в попытке освободиться.

— А… трахать жену Господина не страшно было?

Я опустил нож, чувствуя, как начинаю трястись от ярости и воспоминаний. В таком состоянии я мог его убить раньше времени. А это не входило в мои планы. Перед глазами снова его поцелуй с моей женой.

МОЕЙ. СУКА. ЖЕНОЙ. Затем — широкая кровать в дешевом номере отеля. И воображение услужливо подсовывало все, что они наверняка, творили на ней. Я даже слышал, как она стонала, извиваясь под этой тварью. Зарычал и одним движением отсек ублюдку палец. Его истошный вопль заглушил тихие стоны, медленно стихавшие в голове, а окровавленное слезами лицо наконец сменило непрошеные видения перед глазами.

Через некоторое время он еле слышно прохрипел, не в силах поднять голову и встретиться во мной взглядом.

— Я не предавал Вас… Я был верен Марианне.

— Не смей произносить ее имя, сука.

Я размахнулся и ударил его в челюсть. Потом схватил за волосы и вплотную приблизил к его лицу свое. Оскалился, представляя, как сейчас вгрызусь в его шею. Зверь внутри уже вовсю рвался вперед. Он не просил-требовал крови. И Дэн был его идеальной добычей. А я чувствовал, что еще чуть-чуть, и я проиграю ему эту борьбу. Ну уж нет. У меня есть еще парочка вопросов к этому полутрупу.

— Скажи, ты хочешь жить?

Он едва заметно дернул головой.

— Ну, Дэни, давай, скажи, ты хочешь жить? У него все-таки получилось кое-как поднять голову, и он уставился на меня с недоверием.

Я вздернул бровь в ожидании. Придурок постарался что-то произнести, но не смог. Закашлялся и снова уронил голову. Я терпеливо ждал, когда он сможет ответить, хотя внутри меня велась сама настоящая борьба с монстром.

Наконец мой пленник еле заметно кивнул. И еле прошелестел что-то вроде:

— Без нее мне незачем жить…

Затем вдруг резким движением поднял голову.

Я рассмеялся, увидев в его глазах слабый огонек надежды. НАДЕЖДЫ. Этот недоносок, видимо, все-таки слабо понимал, кто сейчас стоит перед ним.

— Я дам тебе такую возможность, Дэни. Ты будешь жить. Будешь жить до тех пор, пока я захочу, пока мне не надоест резать тебя на части.

Я поднял с пола его палец и покрутил у него перед глазами. Голова пленника обессиленно упала на грудь.

— Видишь, какой добрый твой Господин? Тот самый, которого ты так низко предал.