Капкан (СИ)

Сносит все с входного комода и сажает меня на него. Сдирает с меня юбку, разрывает топ на две части. И я только сильнее пьянею от его дикости.

— С*ка! — обхватывает меня за горло, прижимает к стене и тянется губами к уху. Кусает, — Бл*дь! Убить тебя здесь, чтоб больше никому не доставалась.

Разжимает пальцы, спускается ниже, терзает руками груди, а губами — ключицы. Вскрикиваю от боли, кажется, что ещё чуть-чуть, и я потеряю сознание, но умоляю не останавливаться.

Раздеваю его в необузданном состоянии. Настолько хочу, что умудряюсь сорвать некоторые пуговицы с рубашки.

Его губы спускаются все ниже, остановившись у груди, кусают, а после продолжают опускаться ниже, пока не оказываются у низа живота. У меня перехватывает дыхание, с замиранием жду и хочу, чтобы спустился ещё ниже, но он лишь ехидно улыбается и бросает:

— Не заслужила, дрянь.

С досадой прикусив губу, смотрю на него, но не осмеливаюсь на более решительные действия. Он стягивает меня с комода, разворачивает к себе спиной, сгибает в спине и, наконец, позволяет нашим телам слиться воедино.

Из уст вырывается самый сладостный стон.

Закрываю глаза и поддаюсь власти его движений. Запах его тела, звериный рык, грубые зажимы доводят до экстаза. Он стоил всех четырёх лет моего воздержания.

Не отрываясь друг от друга, мы перемещаемся в спальную комнату. Он бросает меня на кровать, которая когда-то уже была пропитана жарким сплетением наших рук и ног. Сдирает с меня остатки белья, лишает разума, обнажает не только тело, но и душу. Заставляет ощутить все грани наслаждения и боли.

Волосы беспорядочно разбросаны на подушке, пальцами цепляюсь за спинку постели и изгибаюсь в агонии, желая следовать порывам страсти.

Но Роланд не позволяет мне дойти до точки кипения, упивается моими сладостными мучениями и попытками завладеть им. Играет со мной, издевается с особой изощренностью. И только подведя меня до самого обрыва, наконец, позволяет мне получить самое необходимое для полёта вне этого пространства — его.

Оглушающий стук сердец растворяется в нашем дыхании. А я растворяюсь в Нем, потеряв счёт времени, потеряв все ориентиры.

Я готова поклясться, что ненавижу этого человека каждой клеткой, и тут же отдать голову на отсечение, что люблю так, как никогда не любила мужчину.

За окном уже рассветало."

"Роланд возвращается из душа, ложится рядом и тянется ближе ко мне. А я словно лежу на иголках. Каждая впивается в сознание и заражает токсинами. Я не нахожу себе места, понимая, что должна вонзить ему нож в спину. Отказываюсь принимать тот факт, что все свои чувства к этому мужчине, какими бы они не были, превращу в пыль и пущу по ветру, лишив их ценности в наших с ним глазах.