Присягнувшие тьме

 – Они увидели лишь сборище полиции, тебя, убегающего с места происшествия, и полуразрушенное здание музея. А ты уверен, что видел именно Гектора и Персефону?

– Конечно. Персефона использовала «Черный обелиск» для уничтожения охранников. – При этих словах глаза Ниссы изумленно расширились. – А пентаграмма в небе – дело рук Гектора.

– Вот оно что! – потрясенно выдохнула Летиция. – Охранники музея погибли точно так же, как люди в поезде. «Черный обелиск»! Почему я сразу об этом не подумала, ведь все признаки налицо?! Сэнтери в Санкт-Эринбурге! И они выкрали дневник Кшиштофа Закревского! Не нравится мне все это.

– Вы знаете, что записано в том дневнике? – спросил Гордей.

– Я никогда не читала его, – покачала головой Летиция. – Но мне приходилось беседовать с людьми, которым он попадался на глаза. Обычные записи выжившего из ума старика. Описание ритуалов, рецепты зелий. Случаи из его жизни. Что в этой книге могло их заинтересовать?

– Может, информация о вурдалаках? – предположил Никита.

Летиция едва не прожгла парня взглядом.

– Откуда тебе это известно?! – с подозрением спросила она.

– Мне рассказывали об этом дневнике, – пожал плечами Никита.

– И кто же?

– Один из учеников нашей школы. Он очень много читает всякой мистической литературы.

Летиция слегка расслабилась.

– Вурдалаки… – задумчиво произнесла она. – Эту напасть извели столетия назад. Давно я не слышала об этих монстрах. Кшиштоф Закревский действительно много писал о них. Ходили слухи, что в своем дневнике он даже зарисовал карту места захоронения одного из последних вурдалаков. Но все это ложь. Наши специалисты осмотрели каждую страницу и ничего похожего не обнаружили.

Она взглянула в сторону Никиты."

"– Есть легенда, что вурдалаком стала одна из сестер Ягужинских, – зловеще произнесла Летиция. – Порфирия. Чтобы превратиться в подобного монстра, колдуну надо отречься от всего человеческого. Отрезать ритуальным ножом тень у своих ног и полностью предать себя темным силам. А именно это и произошло двести лет назад в усадьбе Ягужинских, когда старухи пытались вернуть себе молодость. Закревский был там и описал это в своем дневнике.

– Почему же этого нет в наших архивах? – изумленно спросил Гордей.

Летиция с подозрением прищурилась.

– Так вот почему ты так часто стал туда наведываться, – произнесла она. – Ищешь информацию о Порфирии?

– Пытаюсь понять, чего добиваются Сэнтери, – ответил Гордей. – Ведь не зря они зачастили в Санкт– Эринбург.

– В архиве нет записей о тех событиях, – признала Летиция. – Эти летописи хранятся в моем личном кабинете.

Они не доступны для общего пользования. Как и все, что касается сестер Ягужинских.

– Но почему? – спросил Гордей.