Хочу тебя напрокат

Глебов остаётся стоять немного поодаль, а Коваль важно останавливается напротив. По обе стороны от него выстроилась охрана.

— Опаздываешь.

— Пробки, — пожимает плечами. — Так и будем кричать друг другу издалека?

— Подходи. Как видишь, я почти один, — улыбаюсь.

Коваль делает несколько шагов вперёд. Он почти пересекает незримую границу и едва ли не на метр вверх подскакивает. От того, что пули чиркают по земле возле его ног.

Бекетов даёт о себе знать.

— Это что ещё, Асадов? — плюётся в мою сторону.

— Это гарантия того, что всё пройдёт гладко.

— Мы так не договаривались! — выдаёт с претензией и оглядывается на высокого мужчину в длинном пальто.

Сторонний наблюдает за происходящим почти безразлично, обводит окружающий пейзаж скучающим взглядом. Но Коваль этого мужчину не просто так попросил присутствовать.

Показывает, что на его стороне — серьёзные люди. Александр Глебов — правая рука влиятельного человека, кто стоит за спиной Коваля.

— Вот именно, Коваль. Так не договаривались. Но ты первый перешагнул черту.

— Какую же? — нагло ухмыляется. — Меня пытались обмануть, я сделал ответный жест.

— Возможно. Если бе прецендент имел место быть.

— Но…

— Но ты подставил Самарскую! — перебиваю речь Коваля. — У меня есть доказательства.

— Это бред! — заявляет уверенным тоном Коваль.

Блефует он отменно.

— Давид, вытащи нашего гостя, — негромко обращаюсь к одному из охраны.

Через минуту на землю грузно летит тело Роговца, на ногах он еле стоит, шлёпает разбитыми губам и скулит, как побитая собака, в ожидании, когда ему разрешат уйти.

Взгляд Коваля вспыхивает недовольством при виде на Макса.

— Силой выбил признание? — пытается выкрутиться Коваль.

— Хватило и других доказательств. Переписка, фото, аудиозаписи из чата… — перечисляю, кивнув Давиду.

Подчинённый мгновенно пересылает доказательства на телефон Александра Глебова. Он неторопливо слушает и читает всё, хмурится, смотрит на меня вопросительно.

Отвешиваю Роговцу щедрый пинок под зад, и он начинает тараторить, сдавая Коваля с потрохами. Жить-то хочется! К тому же я солгал, что держу в подвале его беременную жену… Ничьих жён я не похищал, соврал.

— Заткнись! — шипит Коваль в сторону Роговца. — Заткнись!

Но Роговец сейчас боится меня больше, чем Коваля, поэтому послушно повторяет всё, что сказал ранее. Выслушав его, Глебов просит:

— Минуту, пожалуйста. Мне нужно позвонить шефу.

Он отходит в сторону, звонит по телефону своему боссу, докладывая. Разговор длится недолго. Глебов возвращается и пожимает мне руку:

— Мой босс в этом не участвует, — кивает в сторону Коваля.