Хочу тебя (СИ)

— Где Майя? Я хочу с ней поговорить.

— Она рядом. Остальное хоти дальше. У нее пропал голос и уважить твое желание в данный момент она не сможет.

Слышала и видела, как сидящий напротив мужчина откровенно провоцировал собеседника на скандал. И потому тут же поспешила показать жестом таймаут, чтобы хоть немного сбавил обороты.

— Говори, что хотел. Она слушает, — хоть и утвердительно кивнув мне, но тона не сменив, обратился к Мише Женя.

— Майя, напиши, пожалуйста, где ты. Я сразу приеду и заберу тебя.

— Нет, — озвучил в трубку мое мотание головой Старцев.

— Милая, не упрямься. Голос — это серьезно. Особенно в твоем случае. Я помогу. Только, пожалуйста, сделай, как говорю.

— О ней есть кому позаботиться. И это больше не ты. Потому она остается, — получив от меня очередной отрицательный ответ, озвучил его Евгений, после чего поспешно добавил уже от себя: — Со мной.

— Ты спал с ней? — раздалось резко в ответ на очередную провокацию.

— Нет. Пока.

После этих слов не выдержала уже я и обреченно закатила глаза. Началось.

— Не смей к ней приближаться, понял меня? Тронешь мою жену хоть пальцем…

— И что ты сделаешь? Снова изменишь ей? Давай, вперед! Тогда она, может, перестанет так самоотверженно хранить тебе верность и позволит наконец показать, каково это — быть с настоящим мужчиной.

«Корона не жмет?» — написала поспешно и быстро развернула лист Жене, чтобы он мог это прочесть.

— Значит так, х…

Остальное мы не услышали уже по той простой причине, что кто-то сбросил вызов.

— На твоем месте я бы уже давно добавил его номер в черный список, — объявил Евгений, протянув мне гаджет. — Но ты этого не сделаешь, так как еще на что-то надеешься. И только попробуй сейчас снова разреветься. Не посмотрю, что болеешь. Хотя нет, посмотрю. Но лечить прямо сейчас примусь старым и хорошо проверенным способом.

Снова эти угрозы. Да сколько можно? Бесит! А еще как же хочется высказать всего и побольше. Но увы, пока не получится. Поэтому, поджав губы, обиженно отвернулась от Жени и, несмотря на то что он, кажется, не собираясь никуда уходить, продолжил сверлить меня внимательным взглядом, принялась упрямо смотреть в другую сторону.

Не плакать, не плакать… Москва слезам не верит… Да и толку с них теперь уже? Я сама только что все окончательно разрушила. Осталось развеять пепел своего брака по ветру — и можно считать себя ничейной. Боже, как это, оказывается, страшно — никому не принадлежать. Особенно когда с тобой ни разу такого не случалось. Сначала я была обожаемой девочкой мамы с папой. Потом любимой женой Миши. А теперь что? Кто я? Где мое место? Так вот она, оказывается, какая — свобода. Можешь все и одновременно ничего, потому что у тебя нет ни жилья, ни денег, даже работы как таковой.