Хочу тебя жестко (СИ)

Это и есть неудовлетворенность?

Я смотрю ему в глаза, ожидая ответа на вопрос. Сейчас почему-то его ледяной взгляд без эмоций кажется мне даже привычным. Даже чем-то привлекает. Он чуть опускает ресницы, словно раздумывая, и что-то мелькает за темной зеленью его глаз, что мне совсем не нравится.

— Например, отлижу.

Мои глаза чуть не вылетают из орбит, а воздух застревает в легких. Увидев мое изменившееся резко выражение лица, профессор тихо смеется. Второй раз за день слышу его способность к смеху, и второй раз я в шоке.

Больной, что ли?! Я сгораю от стыда, когда он там мне трогает, а он предлагает спуститься туда языком? Наверняка это был розыгрыш.

Не представляю его в таком положении. Его Величество в отеле карточку отказался сам с пола поднимать, а тут... отлизать.

— Н-не говори больше такие слова. — начинаю заикаться я. — С ума сошел, что ли? Не надо мне ничего делать. Ладно, я раздену тебя. — бормочу я, решив больше не вести переговоры с этим психом. Предложения просто отпадные. Я хватаюсь за пояс штанов и тяну его вниз, отключив полностью разум. Стягиваю его наполовину, затем смотрю в ступоре на черное нижнее белье, под которым заметны четкие очертания явно вставшего достоинства, и мои руки замирают.

Я как-то нервничаю.

Мне кажется, или оно просто блин... огромное? Или это обычные размеры? Ладно. Наверное, это хорошо. Было бы обиднее, если такая высокомерная сволочь вызвала немного иные вопросы о размерах достоинства, непохожие на комплимент.

Решившись и немного отвернувшись, а затем закрыв глаза, я цепляю кончиками пальцев край белья и стягиваю его тоже.

Затем слышу, как цыкает профессор.

— Так и знал, что ты сделаешь это именно так. Там правда нет ничего страшного, Цветкова.

— он внезапно хватает мою руку и заставляет обхватить ладонью что-то очень горячее, твердое и толстое. Я в шоке распахиваю глаза, но не поворачиваю голову, чтобы не посмотреть случайно.

— Эй... — вырывается у меня.

— Что “эй”? — спрашивает у меня профессор. Его пальцы обхватывают мои сверху, сжав, и заставляют мою руку двигаться вверх-вниз немного грубыми движениями. Я пытаюсь ослабить захват, но он сжимает еще сильнее, и я хмурюсь.

— А это не больно? Так сжимать...

— Да нет. Очень даже приятно. — я внезапно слышу его усмешку.

Профессор находит мое спрятавшееся лицо и целует, скользнув языком внутрь рта. Он делает это уже более нагло, прикусывая мои губы и облизывая их.

Вторая его рука находит мою и переплетает наши пальцы, прижав ладонь к постели. От этого сердце почему-то начинает биться быстрее. И внизу живота бабочки. Такое тревожное, странное ощущение, пока я лежу, прижатая к постели этим человеком и принимаю его умелый, очень долгий поцелуй.

Мое самообладание как-то тает и потрескивает, словно хрупкий весенний лед.