Холодное сердце. Другая история любви

– Но, но… – заикаясь, пробормотал Френсис.

– Она бы нас убила, – закончил за него Эрик.

– Это не моя забота, – бросил Ханс. – Моя забота – остановить зиму. А если Эльза погибнет, это может оказаться невозможным. – Он помолчал, глядя, как те двое сконфуженно переминаются, обмениваясь взглядами исподлобья. – Ах да, я же еще говорил о награде? Можете забыть об этом. Но не сомневайтесь: я доведу до сведения герцога, какую помощь вы нам оказали.

Отвернувшись от них, Ханс позвал одного из своих более надежных спутников, которые все еще оставались у входа. Тот поспешил к нему, на ходу развязывая мешок, из которого Ханс достал пару крепких стальных наручников.

– Наденьте это на королеву. Я хочу удостовериться, что, когда она очнется, она не сможет причинить вреда ни другим, ни себе.

«Или хуже того, – добавил он про себя, – чтобы она не помешала мне получить то, чего я заслуживаю».

Глава 25

За последние сутки Анна успела увидеть множество самых невероятных вещей: тут и открытые ворота замка, и похожий на хорька коротышка, отплясывающий, как пришедший в неистовство павлин, и ее сестра, завалившая Эренделл снегом в разгар лета… «Но это, – подумала Анна, – пожалуй, превосходит все прочее».

Под «этим» имелся в виду Кристоф. Который, как с нарастающей тревогой наблюдала Анна, затеял разговор с кучкой камней. Нет, камни были очень симпатичные, тут не поспоришь. Одни гладенькие и чистые, другие чуть пощербатее и заросшие мхом, но все равно – камни. Которые лично Анна всегда считала предметами неодушевленными.

Когда Кристоф заговорил о своей родне, Анна преисполнилась горячего желания познакомиться с ней. Она уже воображала, как сидит в маленькой уютной кухоньке с кружкой горячего чая в руках и слушает рассказы приемных родителей Кристофа о его детских годах.

Потом они наверняка поведут Анну полюбоваться на первые детские санки Кристофа и первую упряжь Свена – несомненно, очень милые и трогательные. Одним словом, это будет картина полного семейного счастья, и Анна, впервые за все минувшее время, почувствует себя дома.

А вот чего она никак не представляла себе даже в самых фантастических мечтах, это что она будет стоять в лесу посреди россыпи камней, а Кристоф будет бодро и сердечно призывать ее пообщаться с ними.

Как будто в целом свете нет ничего более нормального и естественного.

– Познакомьтесь с моей семьей! – крикнул он Анне и Олафу, которые растерянно застыли на самом краю заваленной камнями лесной полянки.

– Но это же камни, – сдавленно проговорила Анна, невольно выдав свои мысли.

Олаф, топтавшийся рядом, выглядел не менее растерянным и встревоженным.

– Он спятил, – шепнул снеговик. – Я отвлеку его, а ты беги, – добавил он, еле слышно выговаривая уголком рта.

Анна не двинулась с места.