Хороших девочек не убивают

Ты посмотри под тем кустом, а я под этим.

Под кустами ключа не оказалось; у оснований садовых светильников и подпорок для стелющегося плюща – тоже.

– Неужели и тут не найдем? – Рави показал пальцем на висящую сбоку от двери «музыку ветра» и осторожно ощупал металлические цилиндрики. Два из них соприкоснулись, издав мелодичный звук.

– Рави, – отчаянно зашептала Пиппа, – что ты…

Он снял какой-то предмет с небольшого деревянного кружка, висящего по центру, и протянул ей ключ, прилепленный маленьким кусочком липучки.

– Ага! Ученики становятся спецами. Если ты сержант, то я старший инспектор.

– Замолчи, Сингх.

Пиппа сбросила с плеча сумку и опустила на землю, затем пошарила внутри. Ее пальцы тут же натолкнулись на гладкую виниловую текстуру. Она достала ярко-желтые резиновые перчатки.

– Что… Нет, даже спрашивать не хочу! – Рави затряс головой от смеха.

– Я иду на преступление и не хочу оставлять своих отпечатков. Для тебя тоже пара найдется.

Она протянула свою ладонь цвета желтый металлик, и Рави положил в нее ключ, затем наклонился, порылся в ее сумке и извлек другую пару перчаток – ярко-розовых в цветочек.

– Это чьи ж такие?

– Мама надевает, когда работает в саду. Как видишь, у меня было не много времени на подготовку к налету.

– Понял.

– Самые большие из тех, что нашлись в доме. Просто надень.

– Настоящие мужчины идут на дело в розовом! – Рави натянул перчатки и похлопал в ладоши.

Пиппа повесила сумку на плечо и шагнула к двери. Сделала вдох, задержала дыхание, вставила ключ в замочную скважину и повернула его, держась другой рукой за косяк.

Глава двадцать третья

Солнечный свет ворвался следом за Пиппой и Рави в дом, отбросив длинную яркую полосу на выложенный плиткой пол.

Рави закрыл дверь, и они медленно прошли в вестибюль. Пиппа не решалась идти иначе как на цыпочках, хотя в доме никого не было. Раньше она видела этот коттедж много раз, на сделанных под разными углами снимках, в окружении множества полицейских в черном и в светоотражающей одежде. Но только снаружи. Внутрь удавалось заглянуть лишь в те редкие моменты, когда дверь была открыта, а фотограф как раз нажимал на кнопку.

Разница между атмосферой снаружи и внутри ощущалась физически.

Рави испытывал те же чувства – судя по тому, как он затаил дыхание. Тяжесть буквально висела в воздухе. Немые тайны плавали по дому, словно невидимые частицы пыли. Пиппа даже думать боялась слишком громко, чтобы не нарушить безмолвие. Здесь Энди в последний раз видели живой. Тогда она была всего на несколько месяцев старше Пиппы. Сам дом вошел в историю Килтона как часть неразгаданной тайны.