Хождение по катынским мифам

Оригинал документа хранится в архиве нью-йорского «Идиш сайнтифик инститьют», копия есть в архиве Союза антифашистских борцов в Праге».

Из приведенных свидетельских показаний со всей ясностью и очевидностью можно заключить, что немцы расстреливали поляков и в других местах. Свозили же трупы в Катынский лес они явно с дальним прицелом, преследуя троякую цель:

— во-первых, уничтожить следы своих собственных злодеяний;

— во-вторых, свалить свои преступления на Советскую власть;

— в-третьих, увеличить количество энкавэдэшных жертв в могилах Катынского леса.

Судя по тому, как прореагировали наши доморощенные исследователи и следователи катынской трагедии, геббельсовская операция удалась, но удалась временно. Я думаю, росток незакавыченной правды пробьётся к свету, несмотря на толщу временной фальсификации, сварганенной временщиками.

Правду трудно доказывать именно потому, что она не требует доказательств. А ещё не следует во всём уступать. Это столь же важно, как и уметь уступать.

***И наконец, интересный документ найден автором в статье В. Лебедева «Немецкая ставка А.

«Из разведдонесения «Алексея»

Разведчица «Смоленская», вернувшаяся с задания, сообщила, что в Гнездово и Красном Бору идет бурное строительство, сооружаются оборонительные рубежи с огневыми точками. В плохо защищенных местах закопаны танки с круговым радиусом обстрела. Подходы минируются. Работы ведутся саперами в зеленой форме с черными галунами…В лесной чаще… делаются широкие просеки, прокладываются магистрали с бутовым покрытием из щебня.

Приняты меры к агентурному наблюдению…».

Получается, что разведчица «Смоленская» четко фиксировала польских военнопленных при строительных работах в районе Катынского леса. Значит, они там были после 1941 года.

«Экскурсии» на катынские могилы

К началу 1943 года совместная операция Геббельса и Гиммлера по созданию «психологической бомбы» для Советов была в основном завершена: соответствующим образом подготовлены могильники, создана «свидетельская база» из числа «очевидцев» трагедии, как из местных жителей, так и из поляков, якобы случайно вырвавшихся из советского плена.

Но надо отметить, что организованные немцами «экскурсии» в ряде случаев не достигали своей цели. Все побывавшие на могилах убеждались в том, что перед ними эпидемия цинизма — самая грубая провокация. После этого оккупанты приступили к широкой агитации в печати и по радио, пытаясь приписать злодеяния НКВД.