Хождение по катынским мифам

Польские газеты лета 1920 года, когда войска Пилсудского захватили древнюю столицу Киевской Руси, были переполнены мечтательными статьями о том, что за этими событиями последует освоение плодородных украинских черноземов, богатых лесов, поставки зерна и живности в полуголодную Польшу, каковой она вышла из «победоносной» войны. Но самые лицемерные и гоноровые люди чаще других остаются в дураках.

Польским руководителям воображение рисовало розовые перспективы осуществления давнишней мечты: создание Польского государства «от моря и до моря»…

***Как известно, в 1933 году в Германии к власти пришли нацисты.

Гитлер лишь сумел направить эти чувства масс в нужную сторону, показав германскому обществу, кого и за что нужно ненавидеть, с кем надо бороться и кого необходимо уничтожить.

Во внешней политике «независимой Польши» наступил период «двух врагов» — Германии и России. Так, во всяком случае, считали её руководители, которые из-за недальновидности и завышенных амбиций не учли одного обстоятельства.

Согласно положениям Версальского договора Польша была воссоздана в том числе и за счет территорий Пруссии, Австрии и Германии, а потом и Советской России с частью земель Украины и Белоруссии. Таким образом, она себя сразу посадила на пороховую бочку, которая могла в любое время взорваться. Не хватало только бикфордова шнура и взрывателя.

Но они вскоре нашлись. Случилось то, что должно было случиться…

Несмотря на явно демонстративный антисоветский характер довоенной Варшавы и её буквально бульварно-панельное заигрывание с западным соседом по имени — Берлин, кавалер проигнорировал приставания дамы сомнительного качества с позиций расовой теории.

Отношение нацистов к полякам, как ветви славянства, которое они считали «недочеловеками», хорошо продемонстрировал гитлеровский разведчик Вальтер Шелленберг в книге «Лабиринт».

Он писал, что в 1940 году намеревался жениться во второй раз и как член СС был обязан представить «аненпапир», или удостоверение о расовой родословной. При этом он обнаружил, что мать его невесты была полькой. Это должно было затруднить получение официального разрешения на брак, так как Шелленберг слишком хорошо знал, как в то время руководство нацистской партии относилось к Польше и полякам. Их не признавали за людей.

Но шеф СС по непонятным причинам смилостивился.