Хозяйка покинутой усадьбы (СИ)

— Так в чём я призналась? Не в чем мне! Я ведь никого не переманивала!

— Начнём с того, уважаемая, что мастерицы давно уже на вас не работают. Они жили и работали отдельно, а хозяйке честно сказали, чем будут заниматься. Повторю, они закупали материал для своих работ, что хозяева лавок и подтвердят. Они ведут свои дела аккуратно, ведя учёт продаж, и платят налоги. А сейчас мастерицы отправляются в Арану, так как я сделала им предложение, на которое они согласились.

— Да как же это? Увозить моих мастериц?!

— Уважаемая, вы всё понять не можете, что мастерицы эти — не ваши рабыни. Они сами ушли из вашей мастерской, вы их отпустили. Они жили и работали отдельно от вас, а вы так и называете их своими. Знаете почему? Потому что уверены, что вернёте их, не так ли? И сколько раз вы уже проворачивали этот способ вместе с прикормленной городской стражей?

Стражи, пришедшие вместе с хозяйкой лавки, стали посматривать на меня не самым дружелюбным образом. И я повернулась к командиру Торку со словами:

— Как приеду, я напишу не одно прошение, в том числе в городскую управу Тарвуда, о разбирательстве не только этого дела, но и предыдущих, где уважаемая Марика выступала истцом. Я так думаю, командир Торк, вы начали раскрывать очень перспективное дело и о мошенничестве, и о взятках, и о служебных преступлениях. Сколько таких перспективных мастериц, способных открыть дело и отдавать налоги в казну города, было ещё? Сейчас я спешу, но вы можете принять у меня заявление сейчас же, это дело пяти минут, и дать делу ход. Думаю, повышение по службе будет не за горами, как думаете?

Командир задумчиво протянул:

— Вообще, наше дело маленькое, и подобные случаи у нас случаются редко. Мы всё больше преступников ловим, и разных элементов, пытающихся сбежать. Ну, и за порядком следим. Но раз уж так дело пошло, то я сам приму у вас заявление и дам делу ход. Да, очень странный случай, очень. Мне бы и вас не следовало отпускать и этих самых мастериц…

— Так мастерицы эти в сети уважаемой Марики не попали, успели ускользнуть. А то, что случилось со мной, я всё опишу и отправлю в городскую управу. Как и мои мастерицы, не сомневайтесь. Я даю вам своё слово.

В этом мире это был серьёзный аргумент, а для меня обязательство, даже без осмотра повозки. Стражам уже всё было понятно, да и сама хозяйка резко замолчала после того, как тот же самый страж, что и раньше ей что-то шептал, укоротил её. Не стесняясь, велев заткнуться и не топить себя дальше.

Мы удалялись от Тарвуда в новую, лучшую жизнь, а я думала о том, что умудрилась и в поместье Пейтонов, и здесь, в городке, разворошить осиное гнездо. Надеюсь, там, на новом месте будет поспокойнее.

Мы спокойно ехали, девушки менялись на козлах, сёстры хорошо умели управлять лошадьми и менялись друг с другом.