Сердце Холода

Меж древесных стволов мелькала красная и оранжевая чешуя, растекаясь по зарослям, окружая со всех сторон. Сверкали враждебным золотом глаза, отражая солнечный свет. Огромные крылья прижимались к бокам, протискиваясь среди колючих ветвей.

Сердце заколотилось. Этого не должно было случиться! В своей жизни Град редко сталкивался с невезением, а такого даже представить себе не мог.

Если небесных и впрямь больше десятка, один он не справится, а жизнь маленького брата уж точно не спасёт.

– Второй в армии ледяных? – продолжал тот же голос. Принадлежал он тёмно-красной драконихе, шея и хвост которой отличались необычной длиной.

– Оставьте нас в покое! – свирепо рыкнул Холод. – Посмейте только тронуть, и королева Глетчер к утру насадит ваши головы на пики!

– Королева так сильно привязана к вам? – подняла брови дракониха. – Тогда вы добыча просто редкая… Хватайте их! – приказала она небесным.

– Может, и схватите, – прошипел Град, со свистом вдохнув, – но сколько ваших при этом поляжет? Приятно тебе будет, если твоя лапа обломится, как сосулька? Или уши почернеют и отвалятся? – Его угрожающий голос резал воздух, словно зимняя вьюга.

"Холод весь подобрался, готовя собственный ледяной выдох.

– Ну, может, кое-кому и не повезёт, – небрежно пожала крыльями дракониха. Другие небесные опасливо переглянулись. – Но, так или иначе, плена вам не миновать.

– Давайте так, – предложил ледяной. – Возьмите меня и отпустите брата, тогда никому не придётся умирать.

– Что? – негодующе воскликнул Холод.

– Вам он ни к чему, – продолжал Град, не обращая внимания, – совершенно никчёмный. Королева Глетчер не станет менять на него пленников, никто в Ледяном королевстве и не заметит, что он пропал. Да и на вашей королевской арене какой от него толк, драться не умеет, ляжет в два счёта.

Холод смотрел так, будто весь мир рушится вокруг него.

– Град, ты что? – пролепетал он. – Ты правда так обо мне думаешь?

– Если он ни на что не годен, – подхватила небесная, – то какая тебе разница, отпустим мы его или нет?

Град махнул крылом, вздохнул.

– Можешь считать меня сентиментальным, но он мой любимый брат, хотя в бою я и не стал бы на него полагаться. И потом, мне самому ничего не грозит, рано или поздно обменяют, а он сгинет у вас на арене через считаные дни.

– Ну и ну, – усмехнулась красная дракониха, сочувственно глядя на младшего ледяного. – По мне, лучше пасть в бою, чем выслушивать о себе такое от собственного брата.

– Я не никчёмный! – свирепо зарычал Холод.