Храмовый раб

Стража! Взять его! — Шутрук-Наххунте ткнул жирным пальцем в бывшего главного евнуха.

Горы Загроса. ПоходПятью рукавами войско персов спустилось в долину. Большому числу коней было не прокормиться на одной территории, и приходилось идти параллельно, в часе пути друг от друга. Пять тысяч человек- это предел, который позволяет прокормиться войску на местности без гигантского обоза. Не случайно, и римский легион, и татарский чамбул, да и грабительский конный рейд запорожцев были примерно такой же численности. Отряды разведки уходили вперед на день пути, доставляя сведения командирам.

Первой целью был городок Адамдун, лежащий в двадцати пяти фарсангах от Аншана. Перед окончательным рывком князья собрались вместе, и Макс внес предложение.

— Почтенные и храбрейшие князья! Вы и ваши бойцы хотите промчаться по этой земле, как степная буря, сея ужас и смерть. Ибо так и подобает воинам. Но я прошу взглянуть на это иначе. Мы договорились, что идем не грабить эту землю, а завоевывать ее для нас, наших детей и наших внуков. Разве разумно грабить самих себя и жечь свое же имущество? Разве разумно резать на мясо ваших лучших жеребцов вместо того, чтобы оставить их на племя? Разве мы пошлем копать канаву нашего ученого инженера Лахму? Разве так поступает рачительный хозяин?

— Что ты предлагаешь, жрец? — нетерпеливо спросил князь Бахрам.

— Я предлагаю вот что: мы не убьем ни одного крестьянина или раба и не тронем ни одной женщины. Мы просто проедем мимо, не замечая их. Подойдя к городу, мы предложим жителям сдаться. Если кто-то захочет уйти, мы их выпустим, и не тронем ничего из их имущества. Хоть пусть повозку серебра везет. Если город сдастся, то мы ограбим храмы и ростовщиков, отменяя все прошлые долги.

— Зачем нам это делать? — вскричал Бахрам. — Мы же можем взять гораздо больше!

Ему пояснили более понятливые коллеги:

— Бахрам, пока ты будешь грабить храм, то те, кого ты отпустил, уже будут в соседнем городе, показывая всем повозки с имуществом и нетронутых дочерей.

— Хм… — Бахрам задумался. — А если они не сдадутся?

— Тогда мы возьмем город, ограбим его полностью, а одного из ста по жребию отпустим, тоже не тронув их жен и дочерей.

— То есть они придут в следующий город и расскажут, что город взят, всех ограбили и продали в рабство, но их семьи по жребию отпустили и даже баб не помяли? — Князья хохотали, хлопая себя по ляжкам.