Клиника измены. Семейная кухня эпохи кризиса (сборник)

На ночь ей принесли таблетки, по словам медсестры, легкие транквилизаторы, но Марина пребывала в таком хорошем расположении духа, что не стала их принимать.

А в одиннадцатом часу неожиданно позвонила Юля и поинтересовалась, где очередная порция Марининых кулинарных советов.

– Знаешь, у меня проблемы, – честно призналась Марина. – Я с психозом лежу в дурке.

– Да, Георгий сказал, что у тебя нервное истощение, я ведь домой тебе сначала позвонила. Но неужели ты совсем ничего не можешь делать? Напрягись, а? Жаль будет, если проект пропадет.

– Какой проект, Юля? Я тут на досуге полистала журнальчики – в каждом по десять кулинарных рецептов!

– У тебя не рецепты, а рекомендации, основа для творчества, вот в чем фишка. Это ведь гораздо интереснее. Мариша, не подводи! Я тебе ноутбук привезу…

Марина подумала, что сейчас не время отказываться от денег.

– Не знаю, получится ли… У меня ведь не просто нервное истощение, кажется, что-то серьезное с головой.

Юля в трубке хихикнула:

– Ясное дело! Нормальный человек такие опусы, как у тебя, писать не может. У тебя же кулинарная мания, кухонный бред. Два раза паштет проворачивать! Но пипл, как говорится, хавает.

– Юля, так делать необходимо, чтобы получилось вкусно! – возмутилась Марина.

– Ну-ну, не горячись! В буйство впадешь, чего доброго. Слушай, Мариш, ну что у тебя может быть серьезного? Уж кто у нас в классе был нормальный, так это ты.

«Я всю жизнь была нормальной для других, но не для себя, – подумала Марина, натягивая на голову одеяло, – а теперь получается наоборот».

Глава шестая"

"Георгий приготовил очередной термос с вакциной и теперь сидел в кабинете, тупо глядя в одну точку. Он никак не мог придумать, как бы так сделать, чтобы не встретиться с Леной. Между тем встреча была насущно необходима – он писал программную статью о двухлетнем применении своей вакцины, и Лена должна была привезти ему последние материалы. Напряжение в отношениях между ним и Спириным, раз возникнув, росло как снежный ком, Георгий предвидел скорый разрыв и прилагал все усилия, чтобы результаты его труда не пропали. Спирин же был против обнародования их исследований, ведь они вводили людям незарегистрированный препарат, и предлагал продолжать подпольную работу. Во многом он был прав. Георгию нужно было не готовить вакцину в кустарных условиях и не думать о том, как сделать ее максимально эффективной, на самом деле ему следовало бегать по инстанциям и искать выходы на фармкомитет. Увы, в океанах бюрократизма Георгий плавать не умел, отсиживался в тихих заводях чистой науки, и Спирин, кстати, пленил его именно тем, что обещал взять на себя организационные вопросы.