Клиника измены. Семейная кухня эпохи кризиса (сборник)
О чём книга «Клиника измены. Семейная кухня эпохи кризиса (сборник)»
Внутри здания Клиники измены кипела атмосфера нервозности и напряжения. Маша Горошкина, с хрустом пролезшая через коридор, оказалась в кухне, где женщины готовили обед для пациентов, находящихся в состоянии эмоционального шока после перенесенных операций.
Тут в комнате раздался тяжелый удар об стену, звон битого стекла и крик: «Ах ты, сука!»
Предположив, что Георгий упал, Марина побежала оказать ему помощь, но он встретил ее полным сил. Увидев Марину в дверном проеме, он больно дернул ее за руку, так что она пролетела пару метров и упала на диван.
– Сука! – снова заорал он, и Марина наконец догадалась, что это в ее адрес.
– Да ты охренел, что ли? – Она вскочила и накинулась на Георгия, целясь ногтями в лицо.
О, как прекрасно, что он начал драться! Сейчас она отомстит ему за все! За все!
– Успокойся, сука! – Он схватил ее за запястья, ей пришлось действовать ногами.
– Я тебя отучу руки распускать! – вопила она в пылу битвы. – Вот тебе! Подонок!
– Дрянь! Ты решила, что я тебя хочу отравить? Да как ты могла такое подумать, скотина?
Ему приходилось прилагать все силы, чтобы удерживать Маринины руки, ибо ее разъяренная физиономия ясно говорила о намерении вцепиться ему в горло, как только руки освободятся. Да еще нужно было постоянно уворачиваться от ее ног – она брыкалась, как лошадь, удивляясь и радуясь собственной физической силе.
– А я и не думала! Я и о том, что ты бабу себе заведешь, не думала! Но ты же завел!
– Не каждый изменник – убийца!
– А ты меня не хотел убивать! Достаточно до дурдома довести и жить со своей шваброй!
– Швабра – это ты!
– Что?!
Хуже этого оскорбления Георгий придумать не мог! Диким усилием Марина вырвала руку, дотянулась до его головы и неожиданно легко вырвала клок волос.
– Ой, прости…
На секунду ей стало стыдно, что она причинила мужу такую боль, но он, воспользовавшись ее замешательством, повалил Марину на диван, и она тут же обрела силы для новой схватки.
Уголком сознания она понимала, как это глупо и отвратительно – два культурных человека, профессор и врач-хирург высшей категории, дерутся, словно последние алкаши, но ярость пьянила…
Есть упоение в бою!
– Успокойся! – мычал Георгий сквозь стиснутые зубы, всем телом прижимая ее к дивану. – Я сейчас тебя свяжу, сука!
«Сегодня он сказал мне больше бранных слов, чем за всю нашу жизнь, – радостно подумала Марина. – Мы вообще ссоримся первый раз в жизни!»
Изловчившись, она резко подняла голову, превратив в оружие собственный лоб, но Георгий успел отпрянуть.
– Что ж ты, дура, башкой бьешься, она у тебя и так больная! Значит, я убийца, да? Убийца? Сука, я тебя ненавижу!
– А меня от тебя тошнит! – Марина ерзала, пытаясь сбросить с себя Георгия, но он, упершись коленом, занимал очень устойчивую позицию.
