Клетка семейного очага

Федор здоровался с ней редко, когда столкновения в общем коридоре было уже не избежать. После этого еще долго его передергивало от отвращения: девица потела и редко мылась.

Мать прекрасно знала, кто увлек ее сына фотографией, но ругаться и требовать, чтобы тот не забивал ее сыну голову ерундой, не могла. Просто не умела. Человеком этим был их сосед Василий, профессиональный фотограф. Как и Глушко, почти всегда пьяный, он тем не менее считался классным мастером, и его приглашали снимать на камеру разные мероприятия, свадьбы и похороны. Федор знал, что деньги тот зарабатывал немалые и, если бы не водка, жил бы давно в кооперативной квартире и передвигался на собственной машине.

Федор был уверен, что и он сможет заработать на съемках, только для этого нужно купить качественную камеру. А она стоила дорого!

Мать работала в школе учительницей младших классов. Дети и родители ее обожали. Искренняя любовь к малышам, доводившим ее порой до слез своими шалостями, не могла не открыть сердца учеников ей навстречу. Они так скучали по любимой учительнице в каникулы, что приходили к ним домой, что крайне бесило Федора.

Став постарше, он все чаще стал пропадать у соседа."

"Школу Федор окончил неплохо. Он поступил в Политехнический институт лишь в угоду матери. Но неожиданно учеба увлекла, к третьему курсу Федор выбился в отличники, а после окончания ему предложили поступить в аспирантуру. Случилось то, о чем мечтала его мать: он стал преподавателем. И все это время Федор фотографировал. Лица, здания, закаты, дымящие трубы и дворовых собак. Он хотел бы стать если не знаменитым, то хотя бы заметным. Первым делом показывал отснятый материал Василию, но тот лишь вздыхал, видимо, боясь сказать правду: фотографии были стандартные, без души и таланта.

Федор это понимал, сравнивая свои снимки с работами Василия, но отказаться от своей мечты не смог. И продолжал снимать. И только недавно в голову ему пришла идея написать книгу. Он решил, что в книге будет много его фотоснимков и отобрал самые удачные из тех трех тысяч, что хранились в обувных коробках на антресолях со студенчества по нынешний день. Нашел спонсора, чтобы издать первый десяток экземпляров будущей книги. Федор был уверен – стоит только заинтересовать знакомых, они помогут. И стал готовить презентацию. Вот так по-модному. В дорогом богемном кафе, с напитками и закусками, с джазом и танцами. Он ухнул на это все свои сбережения. Заранее поинтересовавшись финансовыми возможностями приглашенных, рассчитывал на каждый вложенный рубль получить десятку. То, что книга вышла талантливой, Федор Курлин не сомневался. Его жена – дура, она ничего не понимала в искусстве, всю жизнь продавая тряпки. Торгашка, не имеющая вкуса. Но сын! Сын его оценит.