Свои чужие

 — Но это же… много!

— Прости, Вита, но он не спрашивал. Настаивал.

— Ты мне нужен… — произношу хрипло.

Именно сейчас, когда я лицом к лицу столкнулась со своим сложным прошлым. Одна не справлюсь.

— Солнце, я прилечу. Да, чуть позже, чем обещал! Но зато с деньгами! Мы сможем полететь на море. Помнишь, ты же так сильно хотела?

Киваю, забывая о том, что Серёжа меня не видит. Море — это моя несбыточная мечта. Он знает об этом, поэтому делает всё, что в его силах, чтобы исполнить желание.

Мы недолго разговариваем, я успокаиваюсь. Больше рассказывает Серёжа. О стажировке, местных обычаях и правилах, о строгом, но справедливом начальнике.

Я преимущественно молчу и, к собственному стыду, пропускаю половину разговора. Все мысли крутятся вокруг Кирилла. Зачем он появился? Зачем окликнул меня? Почему окончательно не оставил в покое? Ведь он так сильно разочаровался в моих поступках!

Попрощавшись с Серёжей, я спускаюсь в метро. Сажусь на свободное место, откидываю голову на сиденье. Становится интересно вот что… Те деньги, которые периодически подкидывала Жанна Леонидовна якобы в долг, а потом отказывалась, когда я вернуть пыталась, тоже были по инициативе Кирилла? Это он? Неужели он?.

. Я чувствую себя обманутой и первым делом, выйдя из метро, набираю номер Аниной матери. Она скидывает, пишет СМС, что занята. Ладно… Но я обязательно докопаюсь до правды.

Дверной замок открываю тихо и осторожно. На часах почти восемь вечера. Я задержалась на работе, затем общалась с Кириллом. Бабуля, должно быть, с ума сходила, сидя в четырёх стенах!

— Картошку на рынке не бери! Она там сухая и порченая.

— А где брать?

— Есть у нас через дорогу магазинчик. Называется «Овощи и фрукты».

Там чудесная картошка продаётся и на рубль дешевле, чем рыночная.

Голос бабушкиной собеседницы мне хорошо знаком. Я снимаю куртку, вешаю её на крючок. Ставлю кеды в шкаф для обуви. Просила же посторонних в квартиру не приглашать!

— О, а вот и внучка моя пришла, — радуется бабуля, заметив меня на пороге кухни. — Что ж ты позоришь меня, Вита! Оленька жалуется, что не здороваешься никогда и шумишь постоянно!

— Здрасьте, — киваю противной соседке снизу, которая сидит у меня на кухне и пьёт чай из моей же кружки.

Скрипнув зубами от раздражения, вспоминаю все её необоснованные придирки.

Это Начались они с самого первого дня, когда я только переехала в этот дом. Чуть больше месяца назад. Нагадила кошка на коврике? Громко играет музыка? В подъезде накурено? И кто в этом виноват? Конечно же новенькая! Никого не волнуют мои оправдания. Все валят на меня, а потом за спиной обсуждают. Я давно привыкла, но оправдываться не торопилась — нервы целее.

Оставив бабулю общаться с новой подругой, иду в спальню. Ожидаемо, что в шкафу проведена ревизия.