Свои чужие

— Она помогала тебе… со шрамами?"

"Кирилл кивает, и в груди расползается горечь. Она не должна была! Не должна… Для меня это интимный вопрос, слишком личный. Наш с ним. Я хотела бы изначально знать, что случилось с Кириллом. Хотела бы лечить его и находиться рядом. Целовать, гладить, обнимать. Успокаивать во время очередного кошмара. Смазывать воспалённые и болезненные рубцы. Понимаю, что, возможно, после возвращения из плена Самсонов не хотел меня видеть, поэтому подпустил к себе другую женщину. Безопасную. Я его личный триггер. И мне очень-очень жаль.

— Сколько ей лет? — спрашиваю, сжимая пальцы в кулаки.

— Тридцать.

— У тебя были серьёзные планы на неё?

— Прекращай. Ты опять заводишься, и мне это не нравится.

— Ты обещал отвечать на вопросы!

Каждая секунда молчания медленно убивает нервные клетки.

— Вита, какая разница, что было тогда? Я сделал выбор, Тамила его приняла.

— Идеальная женщина. Понимающая, добрая, заботливая, зрелая.

По щекам начинают катиться слёзы.

Кирилл останавливает автомобиль на обочине, включает аварийку. Достаёт из бардачка салфетки и вручает мне.

— Почему ты на ней не женился? — спрашиваю с надрывом.

Он притягивает меня к себе, гладит по волосам и целует в висок. Уткнувшись лицом в его шею, всхлипываю. Я ревную, ревную. И ничего не могу с этим поделать.

— Просто потому, что она — не ты.

Глава 38

* * *Кирилл привозит меня домой слишком поздно. Мы долго целуемся в машине, затем продолжаем в подъезде. Оторваться друг от друга не можем.

Самсонов упирается в моё бедро каменным членом, шутит, что по всем канонам секс должен случиться не раньше третьего свидания. На первом — дурной тон.

Бабушка и Майя нападают с расспросами, едва я переступаю порог квартиры с роскошным букетом цветов. Как выясняется, поставить его некуда. В стандартную вазу не помещается, поэтому приходится занять ванну. Ненадолго. Завтра куплю вёдра и поставлю розы туда.

Весь следующий день на работе я просто порхаю. С трепетом вспоминаю наши поцелуи и ласки. Одна фраза от Кирилла полностью перевернула моё восприятие вчерашнего вечера.

Галина Николаевна проводит нас с Катькой по всем кругам ада.

— Уволюсь к чёртовой матери! Уволюсь! — негодует подруга. — Она с каждым днём всё придирчивее становится. Это уже ни в какие ворота…

— Катюш, ну ты чего? Сама говорила, что не такая она и плохая. Своеобразная, да. Ну как я тут без тебя буду?

— Да это я просто на эмоциях. Фух, бесит дико! Надо Галину Николаевну с мужиком каким-то познакомить.