Свои чужие

Я развожу ноги шире, обвиваю его бёдра и подаюсь навстречу. Между ног мокро! Я так хочу ощутить его член в себе… Сию секунду!

Но Кирилл только дразнит. Ласкает пальцами, надавливает на клитор и чертит влажные узоры языком на груди.

— Ну же, не мучай! Я сейчас с ума сойду! — проговариваю несдержанно. — Надеюсь, ты не из тех мужчин, кто не трахает своих жён во время беременности, чтобы не навредить ребёнку.

— А если из тех? Разведёшься со мной?

— Сама тебя изнасилую!

Он смотрит мне в глаза. С вызовом. Ждёт инициативы. Усмехнувшись, перекатывается на спину. Тянет за собой.

Я оказываюсь сверху. Выпрямляюсь, беру в руку твёрдый член и провожу по нему ладонью. Недолго, потому что терпение на исходе. Медленно опускаюсь на всю длину и громко ахаю, чувствуя приятную наполненность внизу живота.

Кирилл впивается пальцами в мои бёдра, цедит воздух сквозь зубы. Тянется к груди, захватывает губами сосок и втягивает его в рот.

Я плавно двигаюсь, прикрыв глаза. Прекрасно, кайфово. С ним, под ним, на нём. Каждый раз.

Стону так, что хрипнет голос. Оргазм плавно подкрадывается и вот-вот утащит меня в свои сети. Я, как могу, сопротивляюсь.

Останавливаюсь, сбавляю темп, только бы оттянуть момент. По позвоночнику стекает несколько капель пота, кожа покрыта засосами и мелкими синяками. Кирилл не тормозит себя и зацеловывает меня всю. По телу проходит мелкая дрожь, я поджимаю пальцы ног и взрываюсь. Бурно и ярко. С именем своего мужчины на губах.

А потом мы лежим в постели и пытаемся отдышаться. О многом хочется спросить и рассказать, но сил не остается. Сегодня был сумасшедший день. Я закрываю глаза, размеренно дышу. Обещаю Кириллу, что недолго посплю, хотя бы часок.

Он лишь усмехается.

Просыпаюсь я первой, понятия не имея, сколько времени прошло. Кирилл всё ещё спит, моя голова на его плече. Мы тесно прижаты друг к другу, будто слиплись. И так хорошо в его объятиях, так надёжно. Меня накрывает особой нежностью и блаженством. Любуюсь мужественным профилем Самсонова, угольно-чёрными ресницами. Сердце наполняется теплом, я не удерживаюсь и осторожно касаюсь кончиками пальцев колючей щеки.

— Люблю тебя… — произношу, думая, что он не слышит.

— Я тебя тоже, — отвечает Кирилл с закрытыми глазами.

 — Сильно.

Мы лениво валяемся в постели и разговариваем о будущем. Впервые. Строим предположения, какого пола родится наш ребёнок и на кого он будет похож. А ещё перебираем имена. Знаю, что загадывать нельзя! Я уже научена горьким опытом… Но так хочется!

Договариваемся, что если родится девочка, то назовёт Кирилл, а если мальчик — я. Пока понятия не имею как. Есть у меня на примете два имени, но, чёрт возьми, как же тяжело подбирать, чтобы было созвучно с отчеством Кириллович!

— Я голодная, — заявляю Самсонову.