Ключи Марии

Последняя дверь – его!

Олег поблагодарил бомжей и уже собрался было сделать решительный шаг в указанном направлении.

– В нашем подвале не принято говорить «спасибо», – прозвучало за спиной.

Олег быстро понял, о чем речь. Протянул двадцать гривен и даже не понял, кто из двоих сидевших у костра взял деньги.

Отправился к кладовкам. Из-под последней в ряду деревянной дверцы пробивалась полоска электрического света.

Олег негромко постучал.

– Васёк? – донесся изнутри голос Клейнода.

– Нет, Игорь Витальевич, это Олег.

– Какой Олег? – удивленно переспросил старик.

– Тот, которого вы молотком ударили!

Дверь открылась. На лице старика прочитывалось одновременно изумление и удивление. Он был бледнее обычного.

– А как это вы меня нашли? – спросил он дрожащим голосом.

– Ваши соседи по подвалу подсказали.

– Ой, они такие простые! – расслабленно произнес старик.

– К вам можно?

– Ну если вы уже здесь! – Клейнод развел руками. – Проходите. Вы не поверите, но я сам собирался вам позвонить. Мне помощь нужна…

Подземное жилище старика поразило Олега рациональностью: комната имела не меньше пятнадцати квадратов, тут стояла и плита на две конфорки с газовым баллоном, и столик на одного человека с табуреткой, раскладушка, тумбочка, шкафчик и огромный сундук, покрашенный в военно-зеленый цвет, закрытый двумя навесными замками, а сверху покрытый кружевной белой скатеркой.

– А туалета у вас тут нет? – поинтересовался он.

– Пойдемте, я вас отведу! – предложил старик.

Вдвоем они обошли с другой стороны ряд кладовок и там Игорь Витальевич включил Олегу свет в деревянной будке туалета.

Минут через пятнадцать старик уже угощал Олега чаем и рассматривал фотографию на мониторе ноута.

– Да, помню его, – кивнул он наконец. – Папа его не любил, но все равно говорил о нем уважительно. Папа же был парторгом института археологии, а этот… как его? Он тоже Игорь, как и я… Игорь Вавриков, кажется! Из органов. Ну, он был к ним приставлен, понимаете! К каждой серьезной экспедиции приставляли представителя органов, и чем серьезнее раскопки, тем выше ранг представителя.

– Игорь Вавриков? – повторил Олег, запоминая.

Что-то щелкнуло в памяти, словно он где-то и что-то об этом человеке уже слышал. Но одновременно память подсказывала, что ни про одного Ваврикова ему известно не было. То есть память пыталась подлизаться к нему, выдавая желаемое за действительное.

– А ведь в одном из писем Польский просит Клейнода быть осторожнее с кем-то! Но какая там фамилия? – задумался Олег.