8
0
Лишь голая кожа…и ставшая родной черная жемчужина!
Эпилог
Пять лет спустя…
— Еще, — хныкала Лера, призывно извиваясь, и подмахивая бедрами, — пожалуйста, войди…хоть чуть-чуть. Хоть на секундочку. Хоть самую…малость. Заполни. Так пусто!
— Нет! — Строго. — Тебе нельзя!
— Ну, Герман...
Так хотелось выть от бессилия, но вместо этого вцепилась зубами в собственную ладонь, дабы заглушить громкие хрипы и стоны.
— Вот родишь, — укусил за шею сзади, самым развратным образом орудуя пальцами на ее пульсирующем клиторе, — тогда и тр*хну как следует! А пока...лучше не провоцируй, я страдаю ничуть не меньше. Того гляди, свихнусь скоро, от желания полноценно насадить тебя на член! До упора! Но раз врач сказал: нельзя...значит нельзя!
— С каких это пор...ты таким послушным стал?
— Тихо!
— О, да…боже…боже, вот так, еще…
— Моя девочка!
— Сейчас хочу...
— Нет!
— Придурок!
— Не отвлекайся, Мелкая, — тихонько рыкнул, прикусывая мочку уха, и ускоряя круговые движения подушечкой указательного пальца, — к гостям же не отпущу, пока ни кончишь!
Внизу, прямо между сочащихся влагой складочек разрасталось пламя. Дикое. Примитивное. И столь…желанное. Еще несколько уверенных нажатий, и она взорвалась, подобно фейерверку.
Увидела звезды среди белого дня, содрогнувшись и обмякнув в его руках.
— Герман?
— Да, малышка?
— Я люблю тебя!
Через десять минут они вернулись в сад, где были накрыты столы в честь их пятилетней годовщины."
"Лера грустно улыбнулась, оглядываясь назад.
Да! За это время произошло множество событий.
Отец практически сразу увез с собой Анну и Антошку. И пусть Смирнова возмущалась по-первой его напористой натурой...в глубине души, была счастлива. Официально они не узаконили свои отношения, по сей день. А все из-за упрямства родителя, нежелающего связывать себя узами брака, и «порочить» тем самым светлую память Лериной матери. К счастью, такая мелочь никак не мешала им быть всместе, одной семьей. Наслаждаться жизнью, и воспитывать сына.
Глеб, таки добился одобрение семейства на признание своей творческой профессии, и даже успел заочно отучиться на режиссера. Но, как только это свершилось, друг потерял к данной сфере деятельности всяческий интерес. Словом, перегорел. Зато достойно проявил себя в качестве руководителя одного из отделов «ИнвестСтройТрест», работая бок о бок с отцом и старшим братом.
Покровская, впрочем как и Логинов, получили по заслугам. Прежде чем окончательно исчезнать из ее жизни, Леня заявился в полицию и оформил явку с повинной, потянув за собой всех «подельничков» и «доброжелателей». Суд вернул «ИнвестСтройТрест» детище Германа, а все участники заговора отделались увольнением, штрафом, и условным сроком наказания.
