Ты для меня?

Но, когда мужчина, неуклюже коснувшись ее фаланги, выронил кольцо из рук…ни следа веселья на лице девушки не осталось. Вмиг побледнела. Сердце испуганной птахой затрепетало в груди.

Давыдов довольно быстро исправился, и вновь повторил попытку разместить украшение на ее руке. Однако Валерия стремительно отдернула кисть.

Словно ошпарилась крутым кипятком, честное слово!

— Не надо, — прошептала пересохшими от волнения губами, — пожалуйста.

Он замер:

— В чем дело?

Молчала, не в силах сформулировать четкую мысль. Зато, сформулировал ее сам Герман. Гневно чертыхнулся:

— Только не говори, будто веришь в приметы, лично мне напоминающие бред шизофреника, и это была одна из них!

Да, была!

Но, озвучить вслух не решилась. Лишь коротко заметила:

— Давай, поменяем кольцо?

— Не понравилось?

— Очень понравилось! Давай поменяем на точно такое же.

— Лера!

— Прошу тебя! —  В голосе Спириной проскользнули истерические нотки.

Герман замолчал на пару секунд. А потом попробовал вразумить еще разок.

— Мелкая…оно же не обручальное. Понимаешь? Но, если для тебя это столь важно —  хорошо. Давай поступим так — сейчас ты оденешь его сама…как обычное украшение. Повседневное. И походишь в нем в течение рабочего дня. А вечером вернемся, и все поменяем. Что скажешь?

Ей ничего не оставалось, кроме как согласиться.

Глава 48

Их не поздравил только ленивый!

Все, точно с ума посходили, до неприличия активно интересуясь чужой личной жизнью.

Коллеги воодушевленно приветствовали, выкрикивая свои пожелания, едва они с Германом появлялись в поле их зрения.

— Да что с ними такое? У нас, по сути, и помолвки-то не было, а они того гляди, подарками завалят! —  Не выдержала первой. Раздраженно фыркнула, стоило им оказаться наедине. А точнее, в замкнутом пространстве лифта, путь до которого оказался тяжек и тернист. —  Страшно представить, что ожидает нас после свадьбы!

Давыдов держался абсолютно невозмутимо и спокойно:

— Расслабься, уже, — ломая легкое сопротивление, вдавил в себя ее напряженное тело. Легонько мазнул губами вдоль виска. —  Мелкая, ты слишком…чувствительно на все реагируешь. Никогда прежде, не замечал за тобой подобной…эмоциональной нестабильности.

Истерии…он хотел сказать, истерии! Боже…

Пользуясь моментом, уткнулась носом в твердую мужскую грудь, обтянутую тканью тонкой белоснежной рубашки. Не удержавшись от соблазна, Лера втянула в себя воздух, наслаждаясь запахом своего мужчины, смешанным с ароматом его дорогостоящего парфюма. Девушка задумалась на миг. В какой-то степени, Герман был прав. Она чувствовала себя странно, да и вела…соответственно. Вывод напрашивался сам по себе.

— Слышал когда-нибудь про предсвадебный мандраж? —  Виновато улыбнулась, так же сильно стискивая Давыдова в ответ.