Кодекс Крови. Книга ХIV
О чём книга «Кодекс Крови. Книга ХIV»
В Книге ХIV "Кодекса Крови" Чарльз Шен дю Лимузен становится жертвой собственных достижений, когда его семья оказывается под угрозой. Жером, его сын-джентльмен, вынужден использовать кровную магию для защиты и самовыражения, превращаясь в хладнокровного убийцу. В центре внимания — драматичная схватка между традицией и изоляцией в мире черной магии, где каждый шаг может быть последним....Чуть замедлившись, принцесса услышала и второй не менее знакомый голос.
«Вот же клещ, а не барбариска! — выругалась Мария Петровна мысленно. — Кому хочешь задурит голову».
Про бывшую маркизу Луизу-Антуанетту дю Варан-Барбарисьен ходили слухи такого порядка, что ещё чуть-чуть и их с принцессой Еленой могли бы записать в любовники. Вот и сегодня вернулись с какой-то очередной гулянки и лыка не вяжут, обжимаясь и хихикая.
Мария в сердцах чуть не сплюнула. Она уже ни раз и не два обращалась к отцу, чтобы тот отослал эту французскую либералку подальше от двора, но императрица Надежда стояла за гражданку Барбарис горой, раз за разом отводя от той императорский гнев."
"Уже отправляясь в очередной раз нажаловаться отцу, Мария Петровна резко остановилась, услышав знакомую фамилию.
«А тебя-то каким местом заинтересовал Комарин?»
Елена спьяну тут же выложила про вассалитет Комариных, военную принадлежность и оказание нескольких неоценимых услуг для императорского рода.
На кой, спрашивается, иметь разведку и контрразведку, если любую информацию может слить из первых уст особа императорской крови?
«Это уже перебор», — решила Мария и отправилась прямиком к отцу, вместо гимнастического зала. По дороге к отцовским покоям она столкнулась с взъерошенным Андреем, у которого на щеке даже отпечатался след от подушки. Одет он был кое-как, половина пуговиц и вовсе была не застёгнута.
Мария остановила брата, зашипев:
— Совсем сдурел? Знаешь же, как отец не любит расхлябанность и неаккуратность. Хочешь читку нотаций на полчаса?
Пока она выговаривала брату, пальцы её порхали словно крылья колибри, успевая застегнуть пуговицы, поправить воротник рубашки, пригладить волосы и защёлкнуть запонки. В конце она ущипнула брата за щёки с утренней щетиной, чтобы румянцем скрыть следы от подушки.
Оценив труды свои, принцесса удовлетворённо кивнула.
— Теперь можно.
К отцу в покои они вошли по очереди, Андрей пропустил сестру, так и не проронив ни слова.
Император пил чай с Подорожниковым Борисом Сергеевичем. Чай… в шесть утра…
«Что-то здесь нечисто. Борис Сергеевич просто так вокруг отца бы не увивался сутра пораньше», — сделала себе пометку в памяти принцесса.
Присутствие семейного лекаря несколько сковывало её в собственных жалобах. Зато Андрея совершенно не остановило присутствие Подорожникова. Он кивком поздоровался с отцом и императорским лекарем и выдал:
— Французская Республика пытается задержать графа Комарина и этапировать его в Бастилию.
* * *Я вышел из гостевого домика на крыльцо. Взгляду моему предстала весьма впечатляющая картина. Прямо в тридцати метрах от границы Лимузенского леса выстраивались войсковые коробки французской армии.
