Убежище

Сжав кулак, я ощутила боль от оставшихся осколков вазы, а затем кинулась к нему, нанося удары кулаками один за одним. Снова и снова, до тех пор, пока не начала задыхаться от нагрузки.

Он обессиленно рухнул на спину. Я посмотрела на Илью, все еще сжимая в руке нож и едва сдерживаясь, чтобы не вонзить лезвие ему в грудь.

Мне хотелось донести до каждого из них, что им не удастся меня обидеть. Я этого не позволю."

"Подняв глаза, злобно посмотрела на Льва и Давида, которые стояли в противоположном конце комнаты с охранниками отца. Одного Давид держал в удушающем захвате, второго Лев прижимал к стене. Так вот что за возню я слышала.

Они все-таки встали на мою защиту.

Я бросила нож на пол и взяла со стола салфетку, оставшуюся после ужина Гэбриэла. Кровь струилась из носа по губам, капала на пол, стекая с подбородка. Вытерев ее, ощутила солоноватый металлический привкус во рту.

Затем, обернув другой салфеткой порез на ладони, подошла к мужчине, валявшемуся у ног Давида, и схватила за волосы.

– Забирай его и проваливайте отсюда, – сказала я тихо, подтолкнув охранника к Илье.

Я и дня не проживу, если обращусь в полицию.

Но правосудие восторжествует, уж я-то позабочусь об этом.

Лев отпустил второго мужчину. Подхватив Илью, нетвердой походкой они вышли из кабинета.

Шмыгнув носом, я вновь сглотнула кровь и подошла к парням в одной футболке и нижнем белье. Пропитавшиеся кровью пряди волос липли к лицу. Лев и Давид с опаской смотрели на меня, так, будто не узнавали.

Черт, не уверена, что сама себя узнала бы.

Но, как ни странно, я ничего не имела против. Именно такой я и должна быть.

– Найдите Марину, – приказала я Давиду, пройдя мимо него к двери. – Мне нужно платье.

* * *Я стояла в притворе перед дверями собора, вытянув руки в стороны, чтобы Марина могла заниматься своим делом. Она тянула мое тело то вправо, то влево, пока подкалывала и ушивала платье, которое подарила мне на шестнадцатилетие. И которое я ни разу не надела. Ничего другого мы не нашли за столь короткий срок.

Мой взгляд был прикован к закрытым дверям. Ненавижу его. Только почему я не нервничала? Почему не боялась?

Я не ощущала ничего, кроме злости. И драйва. В данный момент мне было плевать на свою дальнейшую судьбу. Пусть делает, что хочет.

– Можно я накрашу тебе ресницы? – спросила Алекс.

– Почему нет? – пробормотала я, сжав губы, чтобы она могла нанести на них красную помаду. Мне хотелось выглядеть красиво, но не для Кая. Я изменилась и больше не думала о том, какой должна быть.

Мне просто нужно громче заявить о себе.

Алекс занялась моими глазами, накрасила ресницы и добавила немного подводки, после чего выдернула из розетки утюжок, закончив завивать мои волосы в крупные локоны.

– У меня есть для тебя цветы, – улыбнулась Марина и вручила мне букет.