Убежище

Мой отец пока не видел этого, но обязательно увидит. Даже если это будет последнее, что он увидит в своей жизни.

Гэбриэл глубоко вздохнул и поднялся с довольным выражением лица.

– Вообще-то, это идеальный вариант, – вернувшись на свое место за столом, произнес он практически жизнерадостным голосом. – Ты сможешь следить за ним. Подготовишь его дом к приезду Ванессы. Будешь проводить время в додзё, работать на него, тренироваться и тому подобное… Ты будешь рядом с мальчишкой и сообщишь мне, если возникнут какие-либо поводы для беспокойства. Из-за него или остальной кучки этих сосунков. – Отец взял сигару и несколько раз затянулся. – А если твой брат перестанет прятаться и снова их спровоцирует, ты его защитишь. Верно?

Я отвела взгляд. Конечно, защищу. Как всегда. Только мне бы не хотелось, чтобы так произошло, ведь я не смогу все время быть рядом с Каем.

Во мне нарастала ярость.

Я могла бы начать возражать, даже могла бы уйти. Отца я не любила, и мне, наверное, было бы лучше без него. Но у меня не получится защищать Дэймона без места за столом Торренсов. К тому же, если уйду, то останусь ни с чем. Я тоже нужна отцу. Он никогда не признавал данный факт, но точно об этом знал.

Когда Дэймона арестовали и посадили в тюрьму, я взяла ситуацию под контроль раньше Гэбриэла, подкупив столько громил за решеткой, сколько было возможно, чтобы моего брата никто не тронул. А после его освобождения год спустя разгребала все его проблемы. Каждая попытка отца удержать сына в узде проваливалась, Дэймон не поддавался контролю, и тогда я делала то, чем занималась всегда: изматывала своего старшего брата тренировками, пока он не падал без сил. Тогда его злость отступала. Правда, только на время. Она всегда возвращалась.

Дэймон, единственный сын и наследник Гэбриэла, лучше всего функционировал, находясь под моей заботой. Только в присутствии своей хранительницы.

Вдруг глянув на меня с редкой заинтересованностью, отец спросил:

– Сколько у тебя было мужчин?

Я ничего не ответила, сохраняя спокойствие, хотя мое терпение иссякало. Господи, почему он задал этот вопрос?

Гэбриэл опять подошел ко мне практически вплотную, заставив посмотреть на него. Я подняла глаза, даже не утруждаясь скрыть свое отвращение.

– Ты умеешь трахаться? – требовательно поинтересовался он, сразу перейдя к сути. – Знаешь, как его ублажить?

Его. Кая.

У меня внутри все сжалось. Я вырвалась из его хватки и снова отвела взгляд.

Однако отец не отступил. Он медленно стянул с меня шапку, бросил ее на пол и начал расстегивать мою куртку. Я не сопротивлялась – оцепенев от страха, просто наблюдала за ним из-под длинной завесы своих темных волос, упавших на лицо.