Когда случается невозможное (СИ)

Тут, конечно, все маги, и большинство вас и так поймёт, но читать и писать-то тебе тоже надо, — нахмурился я. — Ты пока будешь мыться и собираться, я сбегаю к Гобрину и напомню про это.

— Спасибо, Лимар, я даже не знаю, как тебя отблагодарить, — радушно улыбнулась она.

— Знамо, как! Расскажешь мне о своём мире. Интересно ведь. На обед пойдём вместе и Лилию позовём.

Заведующий жилым блоком, к счастью, был на месте. Комнату определили быстро, он также принёс Катарине постельное бельё, полотенца, занавеси, одеяло и покрывало. Мне комната понравилась: просторная, светлая, сухая.

Для девушек в Ковене всё самое лучшее, вот только всё равно верхний женский этаж всегда полупустой. Мало их, магичек.

Я проверил, хорошо ли запирается окно, а комендант показал барышне, как гасить и зажигать свет и как включать и набирать в ванну воду.

— Позже я покажу, где можно стирать и сушить бельё, для этого у нас есть подсобный этаж, там установлены специальные магические машины. Вот здесь список правил общежития. Есть ли ко мне вопросы? — уточнил комендант, кладя на стол сложенный листок.

— Пока нет, голова кругом от обилия информации, — развела руками Катарина.

— Если будут, то приходите, не стесняйтесь. Буду рад помочь! — отсалютовал заведующий и отбыл.

— Ты пока иди купайся, а я занавески тебе повешу, а потом к Гобрину схожу. Ты просто сама не достанешь, — с сомнением прикинул я высоту карниза и её рост даже с учётом стола.

Только если шкаф подвинуть, а так она не осилит. Проще самому сделать. Оставлять окно без занавесей мне не хотелось, мало ли найдётся вокруг любопытных с магическими линзами.

Ох и нелёгкая это работа вешать занавески! Руки затекли уже на первых трёх петлях, а их было какое-то несчётное количество.

На пятой петле я подумал, что учителя по боевой подготовке что-то в ней упускают, раз меня способен уложить на обе лопатки простой кусок полотна. К седьмой я не чувствовал рук и почему-то ног. К девятой закружилась голова. К двенадцатой я подумал, что Катарина мне не жена, не сестра и даже не подруга. И охрана её сомнительных прелестей от взглядов не стоит моей скоропостижной кончины во цвете лет. Наконец, закрепив последнюю, пятнадцатую петлю, я со звоном в ушах спустился со стула. Почему-то занавешенной оказалась только половина окна. Недоумённо посмотрев на занавесь, я увидел, что в районе пола лежит ещё один сложенный отрез такой же расцветки. Да это какое-то форменное издевательство! Там что, тридцать петелек на два куска ткани шириной с руку каждый? На вторую занавесь я смотрел с ненавистью. Однако отступать не привык. В конце концов, это всего лишь отрез полотна, неужто я его не одолею?

Минут пятнадцать спустя пришлось признать, что нет, не одолею.